…Три года учения позади. Надя сделалась художником-аэрографистом на Дулевском фарфоровом заводе.
Работа оказалась интересной, хотя и не совсем такой, какой с детства представлялась Наде. Ей думалось, что живописец, сидя за столом, маленькими кисточками рисует на чашках всё, что взбредёт ему в голову.
Оказалось, что рисунок вовсе не определяется фантазией отдельного живописца. Рисунки разрабатываются специальными художниками и принимаются взыскательной художественной комиссией. И только принятый и утверждённый рисунок «запускается» в производство большими сериями.
Надя сидит за своим рабочим столом и с удовольствием наносит на чайные чашки узор, который называется «белый горошек».
Перевёрнутая вверх дном, пока ещё совершенно белая чашка кладётся на вращающуюся подставку, которая называется «турнеткой». К чашке плотно прилегает трафарет — нечто очень похожее на большого паука с проволочными ножками. Каждая ножка заканчивается кружочком, плотно лежащим на поверхности чашки. левой рукой Надя медленно вращает турнетку, а правой берёт аэрограф и нажимает кнопку. Струя распылённой краски ровно ложится на фарфор, а места, закрытые кружочками, по-прежнему остаются белыми. Когда Надя осторожно снимает «паука», то на бледной поверхности чашки, как бы покрытой синеватой полутенью, виден красивый симметричный узор из крупных ярко-белых горошин.
Наде всё здесь нравится. Чистота и тишина в цехе. Приятная на ощупь, прохладная под пальцами поверхность фарфора. И своя работа — весёлая, спорая и аккуратная.
А вечерами после работы нередко берёт Надя в руки карандаш и придумывает всякие орнаменты. Очень хочется ей создать свой, оригинальный, неповторимый узор. Это её мечта. а мечты, говорят, сбываются.
Объяснение:
…Три года учения позади. Надя сделалась художником-аэрографистом на Дулевском фарфоровом заводе.
Работа оказалась интересной, хотя и не совсем такой, какой с детства представлялась Наде. Ей думалось, что живописец, сидя за столом, маленькими кисточками рисует на чашках всё, что взбредёт ему в голову.
Оказалось, что рисунок вовсе не определяется фантазией отдельного живописца. Рисунки разрабатываются специальными художниками и принимаются взыскательной художественной комиссией. И только принятый и утверждённый рисунок «запускается» в производство большими сериями.
Надя сидит за своим рабочим столом и с удовольствием наносит на чайные чашки узор, который называется «белый горошек».
Перевёрнутая вверх дном, пока ещё совершенно белая чашка кладётся на вращающуюся подставку, которая называется «турнеткой». К чашке плотно прилегает трафарет — нечто очень похожее на большого паука с проволочными ножками. Каждая ножка заканчивается кружочком, плотно лежащим на поверхности чашки. левой рукой Надя медленно вращает турнетку, а правой берёт аэрограф и нажимает кнопку. Струя распылённой краски ровно ложится на фарфор, а места, закрытые кружочками, по-прежнему остаются белыми. Когда Надя осторожно снимает «паука», то на бледной поверхности чашки, как бы покрытой синеватой полутенью, виден красивый симметричный узор из крупных ярко-белых горошин.
Наде всё здесь нравится. Чистота и тишина в цехе. Приятная на ощупь, прохладная под пальцами поверхность фарфора. И своя работа — весёлая, спорая и аккуратная.
А вечерами после работы нередко берёт Надя в руки карандаш и придумывает всякие орнаменты. Очень хочется ей создать свой, оригинальный, неповторимый узор. Это её мечта. а мечты, говорят, сбываются.