Мы ели и утром, и в обед, и вечером. Скатерти самобранки у нас не было. Кто же тогда должен был готовить, разводить костер? Конечно, мать. Мать и на озере оставалась матерью. Нам казалось, что она уставала. Но она ликовала. Она видела в природе то, чего не видели мы. Мать заставляла нас как бы прозревать: -- Обычная лебеда, а тень от нее, как от диковинного цветка... Узнала она от рыбаков, что лещ - рыба мирная, не хищная. -- Смотрите, ребята, это - озёрный лось. Он как лось сквозь рощу пробирается сквозь камыши. Он огромный, никого не трогает, а его все боятся. Как-то так)
-- Обычная лебеда, а тень от нее, как от диковинного цветка...
Узнала она от рыбаков, что лещ - рыба мирная, не хищная.
-- Смотрите, ребята, это - озёрный лось. Он как лось сквозь рощу пробирается сквозь камыши. Он огромный, никого не трогает, а его все боятся.
Как-то так)