Если вы спросите, манит ли меня небо, я отвечу: «Конечно!». Да и как может не манить эта бездонная синяя глубина? С детства мне хотелось окунуться, нырнуть в нее, почувствовать легкость и свежесть полета.
Кажется: протянешь руку и вот оно, небо, можно почувствовать его, погладить. Но нет. Эта голубая высь недосягаема, пока ты стоишь на земле. Она возвышается над тобой, позволяя лишь издалека любоваться своей красотой. Иногда я завидую птицам из-за того, что они могут в свое удовольствие парить в небе, рассекая облака.
Если вы спросите, манит ли меня небо, я отвечу: «Конечно!». Да и как может не манить эта бездонная синяя глубина? С детства мне хотелось окунуться, нырнуть в нее, почувствовать легкость и свежесть полета.
Кажется: протянешь руку и вот оно, небо, можно почувствовать его, погладить. Но нет. Эта голубая высь недосягаема, пока ты стоишь на земле. Она возвышается над тобой, позволяя лишь издалека любоваться своей красотой. Иногда я завидую птицам из-за того, что они могут в свое удовольствие парить в небе, рассекая облака.
Небо. Оно прекрасно! Плывут игривые, рваные ватные облака, летают птицы, словно черные точки кружась в небе. Создавая контраст, в глубокой лазури купается далекое солнышко.
знаю, предложения три, но объем как в пяти.