Я с нетерпением жду, пока солнце сядет за горизонт. Тогда небосвод нальется мягкой и глубокой синевой. На этом бархате так приятно блестеть.
А еще мне нравится смотреть вниз. Там, в свете электрических звезд, бегают живые звездочки. У них пять гибких лучей, иногда они даже блестят. Они очень интереснные, но совсем не похожи на нас, маленьких звезд, рассыпаных по небу. Я много раз пульсировала, посылая им сигналы-приглашения, но они ни разу не ответили мне. Может это потому, что они все время хаотично движутся? Может мои сигналы перехватывают электрические звезды?
Мне хочется спуститься на Землю, но я такая хрупкая, что могу нежиться только в темном бархате. Мои подруги, иногда, отправляются в путешествие, ныряя в синий струящийся шелк, которого много внизу. Но еще никто из них не вернулся. А я жду их и их удивительных расскахов о том, как живут внизу.
Я с нетерпением жду, пока солнце сядет за горизонт. Тогда небосвод нальется мягкой и глубокой синевой. На этом бархате так приятно блестеть.
А еще мне нравится смотреть вниз. Там, в свете электрических звезд, бегают живые звездочки. У них пять гибких лучей, иногда они даже блестят. Они очень интереснные, но совсем не похожи на нас, маленьких звезд, рассыпаных по небу. Я много раз пульсировала, посылая им сигналы-приглашения, но они ни разу не ответили мне. Может это потому, что они все время хаотично движутся? Может мои сигналы перехватывают электрические звезды?
Мне хочется спуститься на Землю, но я такая хрупкая, что могу нежиться только в темном бархате. Мои подруги, иногда, отправляются в путешествие, ныряя в синий струящийся шелк, которого много внизу. Но еще никто из них не вернулся. А я жду их и их удивительных расскахов о том, как живут внизу.