Моя мама по выходным обычно печёт блины. Я очень люблю ей в этом деле. Моя обычно заключается в протирании сковороды маслом, наливанием теста и снятии уже готовых блинов на тарелку. Но однажды произошло запоминающее событие.
Была суббота. Мы, как обычно, с мамой пекли блины. Они очень хорошо пропекались и каждый следующий блин был румянее предыдущего. Мама вышла из кухни, а я налил черпачком тесто на сковороду и стал ждать.
Мама всё не шла и не шла, а блин уже было пора переворачивать. Но как? Я никогда этого не делал. Нужно было что-то решать: бежать за мамой или попробовать справиться самостоятельно. И я решился! Взял лопаточку, поддел блин и попытался его перевернуть...
Ничего не получилось — блин сложился как бутерброд. Я старался его развернуть, но ничего не получалось. В это время в кухню вошла мама и увидела, что случилось. Я начал оправдываться и объяснять произошедшее, но мама лишь улыбнулась и сказала: «Не переживай. Первый блин всегда комом. Ты мне очень
Моя мама по выходным обычно печёт блины. Я очень люблю ей в этом деле. Моя обычно заключается в протирании сковороды маслом, наливанием теста и снятии уже готовых блинов на тарелку. Но однажды произошло запоминающее событие.
Была суббота. Мы, как обычно, с мамой пекли блины. Они очень хорошо пропекались и каждый следующий блин был румянее предыдущего. Мама вышла из кухни, а я налил черпачком тесто на сковороду и стал ждать.
Мама всё не шла и не шла, а блин уже было пора переворачивать. Но как? Я никогда этого не делал. Нужно было что-то решать: бежать за мамой или попробовать справиться самостоятельно. И я решился! Взял лопаточку, поддел блин и попытался его перевернуть...
Ничего не получилось — блин сложился как бутерброд. Я старался его развернуть, но ничего не получалось. В это время в кухню вошла мама и увидела, что случилось. Я начал оправдываться и объяснять произошедшее, но мама лишь улыбнулась и сказала: «Не переживай. Первый блин всегда комом. Ты мне очень