В пансионе Асю не смогли до конца перевоспитать в "барышню": "...против моих ожиданий, осталась почти такою же, какою была прежде. Начальница пансиона часто жаловалась мне на нее. «И наказать ее нельзя, – говаривала она мне, – и на ласку она не поддается»..." "...Словом, она продолжала идти своей дорогой; только манеры ее стали лучше, хотя и в этом отношении она, кажется, не много успела..." "...Меня перевоспитать надо, я очень дурно воспитана. Я не умею играть на фортепьяно, не умею рисовать, я даже шью плохо. У меня нет никаких со мной, должно быть, очень скучно..." Ася знает французский и немецкий языки: "...Она довольно хорошо говорила по‑французски и по‑немецки..." Ася прекрасно танцует: "...несколько мгновений спустя мы кружились в тесной комнате, под сладкие звуки Ланнера. Ася вальсировала прекрасно, с увлечением. Что‑то мягкое, женское проступило вдруг сквозь ее девически‑строгий облик..."
