Все мы любим лето. Долгие дни, которые нижутся на нитку каникул, словно ровные блестящие жемчужины. И длинные перламутровые вечера с розовыми закатными облаками и чаепитием на открытой веранде. Как ждем мы их суровой российской зимой! Когда улицы засыпаны сугробами, лужи, как цепями, скованы льдом, а небо — черное, бархатное и бездонное.
Зимние сумерки — неожиданны и внезапны. Они падают на город, с его суетой, пробками и многоэтажками, как платок на клетку с попугаем. Сразу становится зябко и жутковато. Но одновременно — и празднично, и уютно. Ведь мигают фарами многочисленные автомобили, и в каждом из них заключена чья-то жизнь. Фонари окаймляют ленты дорог, светофоры бесконечно меняют цвета. И высотные жилые дома, в чьих окошках, как рыбы в аквариумах, плавают незнакомые люди, мерцают мириады елочных гирлянд, течет чье-то время, полное забот, мыслей и радостей…
Ты идешь один, в зимних коротких сумерках, почти мгновенно переходящих в глубокую синеву беззвездного неба, из светлого снежного вечера сразу — в ночь. Снег послушно принимает следы твоих ног, отражает звездный и электрический свет фейерверками разноцветных брызг, экзотических цветов, напоминающих коралловые рифы у берегов далеких теплых стран…
Несмотря на любимую музыку, что льется в твои уши из плеера, на близость человеческого жилья тебе немного жутко. Видимо, подсознательный страх замерзнуть в лютую стужу и быть занесенным метелью, сидит и в нас, тех, кто в настоящий мороз и носу не высунет из дома!
И ты спешишь домой, чтобы любоваться зимними сумерками из окна, укутавшись мягким пледом, с любимой книгой на коленях и чашкой ароматного чая в руке.
Все мы любим лето. Долгие дни, которые нижутся на нитку каникул, словно ровные блестящие жемчужины. И длинные перламутровые вечера с розовыми закатными облаками и чаепитием на открытой веранде. Как ждем мы их суровой российской зимой! Когда улицы засыпаны сугробами, лужи, как цепями, скованы льдом, а небо — черное, бархатное и бездонное.
Зимние сумерки — неожиданны и внезапны. Они падают на город, с его суетой, пробками и многоэтажками, как платок на клетку с попугаем. Сразу становится зябко и жутковато. Но одновременно — и празднично, и уютно. Ведь мигают фарами многочисленные автомобили, и в каждом из них заключена чья-то жизнь. Фонари окаймляют ленты дорог, светофоры бесконечно меняют цвета. И высотные жилые дома, в чьих окошках, как рыбы в аквариумах, плавают незнакомые люди, мерцают мириады елочных гирлянд, течет чье-то время, полное забот, мыслей и радостей…
Ты идешь один, в зимних коротких сумерках, почти мгновенно переходящих в глубокую синеву беззвездного неба, из светлого снежного вечера сразу — в ночь. Снег послушно принимает следы твоих ног, отражает звездный и электрический свет фейерверками разноцветных брызг, экзотических цветов, напоминающих коралловые рифы у берегов далеких теплых стран…
Несмотря на любимую музыку, что льется в твои уши из плеера, на близость человеческого жилья тебе немного жутко. Видимо, подсознательный страх замерзнуть в лютую стужу и быть занесенным метелью, сидит и в нас, тех, кто в настоящий мороз и носу не высунет из дома!
И ты спешишь домой, чтобы любоваться зимними сумерками из окна, укутавшись мягким пледом, с любимой книгой на коленях и чашкой ароматного чая в руке.