ДЕЕПРИЧАСТНЫЕ ОБОРОТЫ: Четыре раза закапывал он свой букварь в землю, и четыре раза, отодравши его бесчеловечно, покупали ему новый. Остап, отложивши всякое попечение, скидал с себя свитку и ложился на пол, вовсе не думая просить о помиловании. Но дворня подняла смех, увидевши его запачканную рожу, и не удостоила его ответом. Путешественники, остановившись среди полей, избирали ночлег; раскладывали огонь и ставили на него котел, в котором варили себе кулиш; пар отделялся и косвенно дымился на воздухе. ПРИЧАСТНЫЕ ОБОРОТЫ: Торговки, сидевшие на базаре, всегда закрывали руками своими пироги, бублики, семечки из тыкв, как орлицы детей своих, если только видели проходившего бурсака. Эта бурса составляла совершенно отдельный мир: в круг высший, состоявший из польских и русских дворян, они не допускались. Они слушали своим ухом весь бесчисленный мир насекомых, наполнявших траву, весь их треск, свист, краканье Несколько дюжих запорожцев, лежавших с трубками в зубах на самой дороге, посмотрели на них довольно равнодушно и не сдвинулись с места.
Четыре раза закапывал он свой букварь в землю, и четыре раза, отодравши его бесчеловечно, покупали ему новый.
Остап, отложивши всякое попечение, скидал с себя свитку и ложился на пол, вовсе не думая просить о помиловании.
Но дворня подняла смех, увидевши его запачканную рожу, и не удостоила его ответом.
Путешественники, остановившись среди полей, избирали ночлег; раскладывали огонь и ставили на него котел, в котором варили себе кулиш; пар отделялся и косвенно дымился на воздухе.
ПРИЧАСТНЫЕ ОБОРОТЫ:
Торговки, сидевшие на базаре, всегда закрывали руками своими пироги, бублики, семечки из тыкв, как орлицы детей своих, если только видели проходившего бурсака.
Эта бурса составляла совершенно отдельный мир: в круг высший,
состоявший из польских и русских дворян, они не допускались.
Они слушали своим ухом весь бесчисленный мир насекомых, наполнявших траву, весь их треск, свист, краканье
Несколько дюжих запорожцев, лежавших с трубками в зубах на самой дороге, посмотрели на них довольно равнодушно и не сдвинулись с места.