Через пни и колоды, через высокие заросшие кочки, через лесные открытые поляны пробирается в своё логово ёж. Девушка собирала цветы, забиралась в заросли малинника или черничника и лакомилась ягодами. В ольховых зарослях ручьев и в низинах появились стайки зарянок, запели свои несложные песенки. Долго бродила Алёнка по лесу, болоту, в березняках. Мотылёк проснулся раньше вас, уже завтракает, погружает в сладкий нектар. Сначала вода потекла капельками, ручейками, а потом зазвенела, зашумела, забуровила. Под пеньком в хвое и листьях шныряют муравьи, букашки, личинки. Из лесов, полей, болот, перелесков ушёл март. Кедровка ест орехи жадно, много, но не жиреет. Солнце радовалось, звенело победной песнью на голубых колокольчиках, незабудках, ландышах в зелёной мераве поляны. Мальчик слушал журчание воды, треск деревьев и шелест листвы. Гусь заговорил о чём-то горячо, отчётливо, но непонятно.
Девушка собирала цветы, забиралась в заросли малинника или черничника и лакомилась ягодами.
В ольховых зарослях ручьев и в низинах появились стайки зарянок, запели свои несложные песенки.
Долго бродила Алёнка по лесу, болоту, в березняках.
Мотылёк проснулся раньше вас, уже завтракает, погружает в сладкий нектар.
Сначала вода потекла капельками, ручейками, а потом зазвенела, зашумела, забуровила.
Под пеньком в хвое и листьях шныряют муравьи, букашки, личинки.
Из лесов, полей, болот, перелесков ушёл март.
Кедровка ест орехи жадно, много, но не жиреет.
Солнце радовалось, звенело победной песнью на голубых колокольчиках, незабудках, ландышах в зелёной мераве поляны.
Мальчик слушал журчание воды, треск деревьев и шелест листвы.
Гусь заговорил о чём-то горячо, отчётливо, но непонятно.