1) День был соткан из тишины, но она вовсе не была немой, ее создавали пчелы и цветы, суша и океан, все, что двигалось, порхало, трепетало, вздымалось и падало, |подчиняясь своему течению времени, своему неповторимому ритму|. 2) |Сидя на путях|, одинокий дрозд ощутил, как рождается мерное слабое биение, словно где-то, за много миль, забилось чье-то сердце. 2) – Все, – сказал он, |вешая трубку|. 3) – Мы одни, папа? – спросил мальчик, |не переставая жевать|.
Предложения с причастными оборотами.
1) Волны холмов и волны океана, два рода движения, были разделены железной дорогой, пустынной, |сложенной из ржавчины и стальной сердцевины|, дорогой, по которой, сразу видно, много лет не ходили поезда. 2) На этой маленькой четырехколесной дрезине, на |обращенной в две стороны| двойной скамейке, |защищенные от солнца небольшим тентом|, сидели мужчина, его жена и семилетний сынишка. 3) Женщина развязала ярко-желтые ленты широкополой соломенной шляпы, сняла ее с золотистых волос и, |покрытая легкой испариной|, отошла от машины. 4) В сокрушительной теперь тишине казалось – это покой, |излучаемый морем|, землей и небом, затормозил и пресек вращение колес. 5) А потом когда-нибудь другой род, |умеющий сочетать естественное счастье с естественным любопытством|, построит города, совсем не такие, как наши, и будет жить дальше.
1) День был соткан из тишины, но она вовсе не была немой, ее создавали пчелы и цветы, суша и океан, все, что двигалось, порхало, трепетало, вздымалось и падало, |подчиняясь своему течению времени, своему неповторимому ритму|.
2) |Сидя на путях|, одинокий дрозд ощутил, как рождается мерное слабое биение, словно где-то, за много миль, забилось чье-то сердце.
2) – Все, – сказал он, |вешая трубку|.
3) – Мы одни, папа? – спросил мальчик, |не переставая жевать|.
Предложения с причастными оборотами.
1) Волны холмов и волны океана, два рода движения, были разделены железной дорогой, пустынной, |сложенной из ржавчины и стальной сердцевины|, дорогой, по которой, сразу видно, много лет не ходили поезда.
2) На этой маленькой четырехколесной дрезине, на |обращенной в две стороны| двойной скамейке, |защищенные от солнца небольшим тентом|, сидели мужчина, его жена и семилетний сынишка.
3) Женщина развязала ярко-желтые ленты широкополой соломенной шляпы, сняла ее с золотистых волос и, |покрытая легкой испариной|, отошла от машины.
4) В сокрушительной теперь тишине казалось – это покой, |излучаемый морем|, землей и небом, затормозил и пресек вращение колес.
5) А потом когда-нибудь другой род, |умеющий сочетать естественное счастье с естественным любопытством|, построит города, совсем не такие, как наши, и будет жить дальше.
Рэй Брэдбери «Каникулы»