орис Цветаев. Сейчас ему 89 лет! Он воевал, бежал из плена, партизанил, брал Берлин и, вернувшись с Победой в родное село Казинка Грязинского района Липецкой области, окончил заочно педагогический институт. Потом до самого ухода на пенсию работал преподавателем русского языка и литературы в соседнем селе Ярлуково. У Бориса Николаевича теперь уже десятка полтора изданных книг стихов и прозы. А тогда, на войне, он не знал, выживет или нет. С любовью вспоминал Казинку, односельчан, маму – сельскую учительницу, братьев Володю и Костю, речку Матыру, где ловил карасей, и старался не думать о смерти. В перерывах между боями рождались его первые стихи:
Медсестра
Открыл глаза – вблизи воронка, Огонь, бегущий по стерне, И ты, безвестная девчонка, Ползёшь под пулями ко мне. о позади тебя, то сбоку Земля взлетает от свинца. Но вот уже твой светлый локон Коснулся моего лица. Дыша порывисто, сказала: «Всё будет хорошо, родной». И раны мне перевязала, И – вынесла с передовой. А часом позже вновь ползла На голос сестричка!» Откуда силы ты брала, Девчонка, хрупкая, как спичка?
орис Цветаев. Сейчас ему 89 лет! Он воевал, бежал из плена, партизанил, брал Берлин и, вернувшись с Победой в родное село Казинка Грязинского района Липецкой области, окончил заочно педагогический институт. Потом до самого ухода на пенсию работал преподавателем русского языка и литературы в соседнем селе Ярлуково. У Бориса Николаевича теперь уже десятка полтора изданных книг стихов и прозы. А тогда, на войне, он не знал, выживет или нет. С любовью вспоминал Казинку, односельчан, маму – сельскую учительницу, братьев Володю и Костю, речку Матыру, где ловил карасей, и старался не думать о смерти. В перерывах между боями рождались его первые стихи:
Медсестра
Открыл глаза – вблизи воронка,
Огонь, бегущий по стерне,
И ты, безвестная девчонка,
Ползёшь под пулями ко мне.
о позади тебя, то сбоку
Земля взлетает от свинца.
Но вот уже твой светлый локон
Коснулся моего лица.
Дыша порывисто, сказала:
«Всё будет хорошо, родной».
И раны мне перевязала,
И – вынесла с передовой.
А часом позже вновь ползла
На голос сестричка!»
Откуда силы ты брала,
Девчонка, хрупкая, как спичка?