У моря. В течение нескольких часов можно сидеть неподвижно и смотреть на море. Вблизи море прозрачное, зеленоватого цвета, а вдали лежит темно-синей полосой, чуть-чуть подернутой дымкой. Красиво море на рассвете, когда из-за горизонта выплывает огненный шар. Несмотря на хорошую погоду, берег пуст. Над водой носятся белокрылые чайки. Вдруг чайки улетают прочь. По-видимому, их зоркие глаза заметили вдали теплоход, и они устремились к нему. Наконец на горизонте и я различаю лайнер, медленно вырастающий из туманной дымки. Белый, как чайка, он плывет над волной и приветствует приморский городок протяжными гудками. От огромной машины, стараясь перегнать друг друга, бегут к берегу волны, но, натолкнувшись на невидимую преграду, шипя и сердясь, оставляют на камнях пену. В продолжение трех недель своего отпуска я каждое утро ходил к морю. Впоследствии с большим удовольствием вспоминал эти прогулки по морскому берегу.
В течение нескольких часов можно сидеть неподвижно и
смотреть на море. Вблизи море прозрачное, зеленоватого цвета, а вдали
лежит темно-синей полосой, чуть-чуть подернутой дымкой. Красиво море на
рассвете, когда из-за горизонта выплывает огненный шар. Несмотря на
хорошую погоду, берег пуст. Над водой носятся белокрылые чайки. Вдруг
чайки улетают прочь. По-видимому, их зоркие глаза заметили вдали
теплоход, и они устремились к нему. Наконец на горизонте и я различаю
лайнер, медленно вырастающий из туманной дымки. Белый, как чайка, он
плывет над волной и приветствует приморский городок протяжными гудками.
От огромной машины, стараясь перегнать друг друга, бегут к берегу волны,
но, натолкнувшись на невидимую преграду, шипя и сердясь, оставляют на
камнях пену. В продолжение трех недель своего отпуска я каждое утро
ходил к морю. Впоследствии с большим удовольствием вспоминал эти
прогулки по морскому берегу.