Вечером, когда Кай был дома и почти совсем разделся, собираясь лечь спать, он вскарабкался на стул у окна и поглядел в оттаявший на оконном стекле кружочек.
Сидевший в них человек обернулся и приветливо кивнул Каю, точно знакомому.
Посреди огромной залы с полуразвалившимися, покрытыми копотью стенами и каменным полом пылал огонь.
Дома была одна старуха лапландка, жарившая при свете жировой лампы рыбу.
Это был прекрасный мальчик, высеченный из чистого белого камня и спустившийся на дно морское после кораблекрушения.
Тучи плывут по небу, как люди по улицам. Прежнее веселье как рукой сняло Воздух неподвижно дымился светом, густым, как известковая пыль Воскресный месяц забелел, как меч Деревья, точно на картине, стояли недвижимы и тихи
Сидевший в них человек обернулся и приветливо кивнул Каю, точно знакомому.
Посреди огромной залы с полуразвалившимися, покрытыми копотью стенами и каменным полом пылал огонь.
Дома была одна старуха лапландка, жарившая при свете жировой лампы рыбу.
Это был прекрасный мальчик, высеченный из чистого белого камня и спустившийся на дно морское после кораблекрушения.
Прежнее веселье как рукой сняло
Воздух неподвижно дымился светом, густым, как известковая пыль
Воскресный месяц забелел, как меч
Деревья, точно на картине, стояли недвижимы и тихи