Но я открыть упорно не хотела зажмуренных от мыльной пены глаз (О. Фокина). И медлят поминутно спицы В твоих НАМОРЩЕННЫХ руках (А. С. Пушкин). Люблю дымок СПАЛЁННОЙ жнивы, В степи ночующий обоз И на холме средь желтой нивы Чету белеющих берез ( Лермонтов ). Босые ноги чуть покалывает свежескошенная трава (Дашкова). По степи неслись крики перепелов и медвяные запахи скошенных трав .( Серафимович ).
Дa ведь со стороны, из-зa лесов кaзaлось, что тут, в столице, у товaрищa Стaлинa под боком, который с Мaмлaкaт нa коленях в книжке нaрисовaн, не успели пузaтые, похожие нa ихнего директорa, все рaзокрaсть!(Приставкин). В корыте возле скамьи лежало выкрученное белье ( Фадеев).
Дуга, раскалываясь, пляшет, То выныряя, то пропав, Не заворожит, не обмашет Твой разукрашенный рукав ( Есенин ).
Все жар-птицы пойманы, Проданы с лотка. Царь-девицы отданы В руки старика ( Стоянов ) Левин видел, что, раззадоренный разговором с доктором, он хотел поговорить (Л. Н. Толстой).
И медлят поминутно спицы
В твоих НАМОРЩЕННЫХ руках (А. С. Пушкин).
Люблю дымок СПАЛЁННОЙ жнивы,
В степи ночующий обоз
И на холме средь желтой нивы
Чету белеющих берез ( Лермонтов ).
Босые ноги чуть покалывает свежескошенная трава (Дашкова).
По степи неслись крики перепелов и медвяные запахи скошенных трав .( Серафимович ).
Дa ведь со стороны, из-зa лесов кaзaлось, что тут, в столице, у товaрищa Стaлинa под боком, который с Мaмлaкaт нa коленях в книжке нaрисовaн, не успели пузaтые, похожие нa ихнего директорa, все рaзокрaсть!(Приставкин).
В корыте возле скамьи лежало выкрученное белье ( Фадеев).
Дуга, раскалываясь, пляшет,
То выныряя, то пропав,
Не заворожит, не обмашет
Твой разукрашенный рукав ( Есенин ).
Все жар-птицы пойманы,
Проданы с лотка.
Царь-девицы отданы
В руки старика ( Стоянов )
Левин видел, что, раззадоренный разговором с доктором, он хотел поговорить (Л. Н. Толстой).