Всю избу занесло. Снег белеет кругом по колено. Так морозно, светло и бело! Только черные, черные стены... И дыханье выходит из губ Застывающим в воздухе паром. Вон дымок выползает из труб; Вот в окошке сидят с самоваром; Старый дедушка сел у стола, Наклонился и дует на блюдце; Вон и бабушка с печки сползла, И кругом ребятишки смеются. Притаились, ребята, глядят, Как играет с котятами кошка... Вдруг ребята пискливых котят Побросали обратно в лукошко... Прочь от дома на снежный простор На салазках они покатили. Оглашается криками двор - Великана из снега слепили! Палку в нос, провертели глаза И надели лохматую шапку. И стоит он, ребячья гроза, - Вот возьмет, вот ухватит в охапку! И хохочут ребята, кричат, Великан у них вышел на славу! А старуха глядит на внучат, Не перечит ребячьему нраву.
избу занесло. Снег белеет кругом по колено. Так морозно, светло и бело! Только черные, черные стены... И дыханье выходит из губ Застывающим в воздухе паром. Вон дымок выползает из труб; Вот в окошке сидят с самоваром; Старый дедушка сел у стола, Наклонился и дует на блюдце; Вон и бабушка с печки сползла, И кругом ребятишки смеются. Притаились, ребята, глядят, Как играет с котятами кошка... Вдруг ребята пискливых котят Побросали обратно в лукошко... Прочь от дома на снежный простор На салазках они покатили. Оглашается криками двор - Великана из снега слепили! Палку в нос, провертели глаза И надели лохматую шапку. И стоит он, ребячья гроза, - Вот возьмет, вот ухватит в охапку! И хохочут ребята, кричат, Великан у них вышел на славу! А старуха глядит на внучат, Не перечит ребячьему нраву.