1. – Я извиняюсь, – задребезжал длинный и приложил узловатую руку к уху, как тугоухий, – с котами, вы говорите?
2. – У меня, может быть, полный примус валюты, – запальчиво встрял в разговор и котообразный толстяк, так и прущий в магазин.
3. – В лице сиреневого джентльмена чего-то не хватает, по-моему.
4. Сиреневая спина вздрогнула, но, вероятно, случайно, ибо не мог же иностранец понять то, что говорили по-русски Коровьев и его спутник.
5. Но, клянусь вам, в следующий же раз, и уж никак не позже понедельника, отдадим все чистоганом.
6. Бегемот, проглотив третий мандарин, сунул лапу в хитрое сооружение из шоколадных плиток, выдернул одну нижнюю, отчего, конечно, все рухнуло, и проглотил ее вместе с золотой оберткой.
7. Павел Иосифович, видимо, был опытным человеком.
8. - Знаешь, Бегемот, я очень много хорошего и лестного слышал про этот дом.
9. Ты представляешь себе, какой поднимется шум, когда кто-нибудь из них для начала преподнесет читающей публике «Ревизора» или,
на самый худой конец, «Евгения Онегина»!
10. Если бы какой-нибудь наблюдатель мог проследить дальнейшие действия Арчибальда Арчибальдовича, они, несомненно, показались бы ему несколько загадочными.
11. Впрочем, это наслаждение скоро прекратилось.
__
М. Булгаков «Мастер и Маргарита»
(Гл. 28 «Последние похождения Коровьева и Бегемота»)
Предложения с вводными конструкциями
1. – Я извиняюсь, – задребезжал длинный и приложил узловатую руку к уху, как тугоухий, – с котами, вы говорите?
2. – У меня, может быть, полный примус валюты, – запальчиво встрял в разговор и котообразный толстяк, так и прущий в магазин.
3. – В лице сиреневого джентльмена чего-то не хватает, по-моему.
4. Сиреневая спина вздрогнула, но, вероятно, случайно, ибо не мог же иностранец понять то, что говорили по-русски Коровьев и его спутник.
5. Но, клянусь вам, в следующий же раз, и уж никак не позже понедельника, отдадим все чистоганом.
6. Бегемот, проглотив третий мандарин, сунул лапу в хитрое сооружение из шоколадных плиток, выдернул одну нижнюю, отчего, конечно, все рухнуло, и проглотил ее вместе с золотой оберткой.
7. Павел Иосифович, видимо, был опытным человеком.
8. - Знаешь, Бегемот, я очень много хорошего и лестного слышал про этот дом.
9. Ты представляешь себе, какой поднимется шум, когда кто-нибудь из них для начала преподнесет читающей публике «Ревизора» или,
на самый худой конец, «Евгения Онегина»!
10. Если бы какой-нибудь наблюдатель мог проследить дальнейшие действия Арчибальда Арчибальдовича, они, несомненно, показались бы ему несколько загадочными.
11. Впрочем, это наслаждение скоро прекратилось.
__
М. Булгаков «Мастер и Маргарита»
(Гл. 28 «Последние похождения Коровьева и Бегемота»)