" Ну, вот, снова майЯ засыпаю и так надолго! ", - размышляла вслух старая ржавая батарея, чувствуя как тепло журчащей воды покидает её дряблое чугунное тело" Ну, почему хозяева не заботятся обо мне? Почему не отремонтируют, не "продуют мои " лёгкие ", чтобы зимой " кровь " забурлила в моих секционных " жилах " и давала тепло мне и людям? " , - так говорила батарея соседке по комнате, новенькой алюминиевой батарее. Та лишь только ухмыльнулась и едва не собралась " в гармошку " от самодовольства. Но тут пришли люди, алюминиевая хвастунишка вся расправилась, но на неё даже не обратили внимания. Люди подошли к старушке-батарее, сняли её, потом куда-то отнесли, а когда поставили на прежнее место заново, то оказалось, что старинная батарея была уже починена, отрехтована и даже покрашена. Она сияла от счастья и с удовольствием ждала прихода новой зимы!
" Ну, вот, снова майЯ засыпаю и так надолго! ", - размышляла вслух старая ржавая батарея, чувствуя как тепло журчащей воды покидает её дряблое чугунное тело" Ну, почему хозяева не заботятся обо мне? Почему не отремонтируют, не "продуют мои " лёгкие ", чтобы зимой " кровь " забурлила в моих секционных " жилах " и давала тепло мне и людям? " , - так говорила батарея соседке по комнате, новенькой алюминиевой батарее. Та лишь только ухмыльнулась и едва не собралась " в гармошку " от самодовольства. Но тут пришли люди, алюминиевая хвастунишка вся расправилась, но на неё даже не обратили внимания. Люди подошли к старушке-батарее, сняли её, потом куда-то отнесли, а когда поставили на прежнее место заново, то оказалось, что старинная батарея была уже починена, отрехтована и даже покрашена. Она сияла от счастья и с удовольствием ждала прихода новой зимы!