Пропев до конца песню, раненые начали петь ее сначала.
Голубь, увидя детей, взлетел вверх.
Он что-то писал, наклонив голову.
Двое суток я пролежал в его доме, то приходя в себя, го снова теряя сознание, и, открывая глаза, неизменно видел этого мрачного человека, который стоял у моей постели, не отходя ни на шаг, точно не пуская меня в ту сторону, где дорога срывается в пропасть.
Его товарищ согнулся, поставив локти, и, подпирая скулы ладонями, задумчиво улыбался.
Голубь, увидя детей, взлетел вверх.
Он что-то писал, наклонив голову.
Двое суток я пролежал в его доме, то приходя в себя, го снова теряя сознание, и, открывая глаза, неизменно видел этого мрачного человека, который стоял у моей постели, не отходя ни на шаг, точно не пуская меня в ту сторону, где дорога срывается в пропасть.
Его товарищ согнулся, поставив локти, и, подпирая скулы ладонями, задумчиво улыбался.