На одной из шумных площадей Москвы, где почти никогда не прекращается движение потока людей и машин, на высоком постаменте стоит бронзовая фигура поэта. Она хорошо знакома не только москвичам, но и многим людям, живущим в самых отдалённых уголках нашей страны и за границей. На пьедестале всегда лежат цветы. Чьи-то заботливые руки время от времени обновляют их. Они лежат там даже зимой, когда снег драпирует памятник своим белым покровом. Это скромная дань восхищения и преклонения народа перед могучим, вечно живым талантом поэта.
На одной из шумных площадей Москвы, где почти никогда не прекращается движение потока людей и машин, на высоком постаменте стоит бронзовая фигура поэта. Она хорошо знакома не только москвичам, но и многим людям, живущим в самых отдалённых уголках нашей страны и за границей. На пьедестале всегда лежат цветы. Чьи-то заботливые руки время от времени обновляют их. Они лежат там даже зимой, когда снег драпирует памятник своим белым покровом. Это скромная дань восхищения и преклонения народа перед могучим, вечно живым талантом поэта.