незнаюХД Вы идете медленным шагом по дороге из Михайловского в Тригорское, Савкино, Пушкинские Горы, по дороге, которой часто хаживал Пушкин... Сейчас самый тихий месяц года — август. Кругом ни звука, разве что негромкий гул машины у Сороти, выбрасывающей ил из Маленца на луга, что у деревни Дедовцы. За вами следует печальный запах осени, сырой земли, прибрежных сосен и можжевельника, густой запах озерной воды, освобождаемой от ила. Над озером, как всегда в это время, летящие стаи диких уток, они собираются в большие стада, готовятся к скорому отлету из Михайловского в теплые края... Есть какая-то особенная прелесть в водах Михайловского. Все водоемы такие разные — пруд на аллее Керн, черный Ганнибалов пруд, пруд во фруктовом саду Михайловского... У каждого из них свои тайны, легенды, сказки, загадки. Стаи маленьких пичуг летят за стадами уток и гусей... Серые цапли, сидящие на соснах, вытянув свои длинные шеи, смотрят в только что очищенный старый-престарый пруд... Всю эту земную красу любил Пушкин, всем этим любуетесь и вы, когда приходите под сказочную сень Михайловских рощ. И благо вам!
незнаюХД Вы идете медленным шагом по дороге из Михайловского в Тригорское, Савкино, Пушкинские Горы, по дороге, которой часто хаживал Пушкин...
Сейчас самый тихий месяц года — август. Кругом ни звука, разве что негромкий гул машины у Сороти, выбрасывающей ил из Маленца на луга, что у деревни Дедовцы. За вами следует печальный запах осени, сырой земли, прибрежных сосен и можжевельника, густой запах озерной воды, освобождаемой от ила.
Над озером, как всегда в это время, летящие стаи диких уток, они собираются в большие стада, готовятся к скорому отлету из Михайловского в теплые края...
Есть какая-то особенная прелесть в водах Михайловского. Все водоемы такие разные — пруд на аллее Керн, черный Ганнибалов пруд, пруд во фруктовом саду Михайловского... У каждого из них свои тайны, легенды, сказки, загадки.
Стаи маленьких пичуг летят за стадами уток и гусей... Серые цапли, сидящие на соснах, вытянув свои длинные шеи, смотрят в только что очищенный старый-престарый пруд...
Всю эту земную красу любил Пушкин, всем этим любуетесь и вы, когда приходите под сказочную сень Михайловских рощ. И благо вам!