Моя семья живёт за городом, в небольшом посёлке городского типа. Наш дом находится на краю посёлка, прямо рядом с полем. Окно моей комнаты выходит на это поле. За полем можно увидеть железную дорогу и автомобильную трассу. Каждую ночь я слышу, как по железной дороге идёт поезд. Колёса звенят о металлические рельсы, слышен звук пара. Когда я выглядываю в окно, вижу тёмные очертания поезда и дымящуюся трубу. Клубы дыма поднимаются в небо и исчезают в почти незаметных на тёмно-синем небе облаках.Ранней весной поле ещё спит: скоро оно проснется после долгой зимы. Ночью звёзды светят ярко, а луна освещает всю комнату.Когда начинают распускаться первые бутоны , на поле вырастает зелёная трава. Она очень яркая и отблескивает на солнце. Когда смотришь в окно – невольно зажмуриваешься: яркость красок очень выделяется на фоне голубого чистого после зимы неба.Летом деревья так густо покрываются листвой, что заслоняют трассу, и уже не видно машин, которые мелькают вдали. Под моим окном растёт абрикосовое дерево. Летом оно даёт много плодов, и я люблю срывать абрикосы прямо из своего окна.Осенью весь вид из окна становиться более печальным: поле выглядит постаревшим. С него собирают снопы пшеницы, а по голой земле время от времени перекатывается перекати-поле. Только виноградники виднеются далеко — далеко у горизонта. Они всегда остаются напоминанием о жарком лете. Пейзаж кажется очень загадочным и грустным.Зимой небо становится блёклым, выпадает первый снег. Деревья кажутся уставшими, им очень тяжело выдерживать такой вес снега и сильный мороз. Поле – всюду белое-белое, ни места голой земли. Иногда пробежит по нему соседская собака – и остаются глубокие следы лап. Дорога замерзает, и по трассе ездит всё меньше машин. Часто видно только междугородние автобусы: их возле нашего посёлка проходит всего несколько. Они всегда проезжают быстро, и трудно заметить их номер. Возле нашего дома растут ёлки и сосны. К Новому году мы украшаем их разноцветными огнями и игрушками. Они выглядят очень нарядными и праздничными. Это поднимает настроение, и вся зимняя грусть улетучивается в один миг. Я очень люблю вид из окна моей комнаты. На поле, дорогу и деревья вдоль трассы можно смотреть бесконечно. Поэтому я часто сижу на подоконнике, пью горячий чай и за интересной книгой поглядываю вдаль. Так и хочется охватить взглядом землю дальше трассы. И невольно задаёшься вопросом: а что там дальше, за горизонтом?
, на поле вырастает зелёная трава. Она очень яркая и отблескивает на солнце. Когда смотришь в окно – невольно зажмуриваешься: яркость красок очень выделяется на фоне голубого чистого после зимы неба.Летом деревья так густо покрываются листвой, что заслоняют трассу, и уже не видно машин, которые мелькают вдали. Под моим окном растёт абрикосовое дерево. Летом оно даёт много плодов, и я люблю срывать абрикосы прямо из своего окна.Осенью весь вид из окна становиться более печальным: поле выглядит постаревшим. С него собирают снопы пшеницы, а по голой земле время от времени перекатывается перекати-поле. Только виноградники виднеются далеко — далеко у горизонта. Они всегда остаются напоминанием о жарком лете. Пейзаж кажется очень загадочным и грустным.Зимой небо становится блёклым, выпадает первый снег. Деревья кажутся уставшими, им очень тяжело выдерживать такой вес снега и сильный мороз. Поле – всюду белое-белое, ни места голой земли. Иногда пробежит по нему соседская собака – и остаются глубокие следы лап. Дорога замерзает, и по трассе ездит всё меньше машин. Часто видно только междугородние автобусы: их возле нашего посёлка проходит всего несколько. Они всегда проезжают быстро, и трудно заметить их номер. Возле нашего дома растут ёлки и сосны. К Новому году мы украшаем их разноцветными огнями и игрушками. Они выглядят очень нарядными и праздничными. Это поднимает настроение, и вся зимняя грусть улетучивается в один миг.
Я очень люблю вид из окна моей комнаты. На поле, дорогу и деревья вдоль трассы можно смотреть бесконечно. Поэтому я часто сижу на подоконнике, пью горячий чай и за интересной книгой поглядываю вдаль. Так и хочется охватить взглядом землю дальше трассы. И невольно задаёшься вопросом: а что там дальше, за горизонтом?