Осенней хмурою порой Казался корень сам не свой. "Я в слове главный," - говорил Но почему стою вторым? А у приставки место Первее - так нечестно!"
А суффикс вдруг ему сказал: "Есть у меня отличный план! Когда приставку склонит в сон, Ее в конец мы уберем! Ты встанешь первым, я - вторым: Вернем мы справедливость в мир!"
Но тут вскричало окончание: "Вся моя жизнь - одно отчаянье! Последний, всюду угнетен, В основу даже не включен! И справедливо говоря - Стоять в начале должен я: Так за удел несчастный мой Я должен быть вознагражден! Тогда не будет вновь проблем. Кто был ничем, тот станет всем!"
Ругались долго, шумно, гадко, Покуда мудрая приставка Не затвердила: "Хватит, хватит, Вам место важность не придаст! Лишь в этом золотом порядке Мы можем слово составлять!"
Тогда морфемы помирились, И больше никогда не злились!
Казался корень сам не свой.
"Я в слове главный," - говорил
Но почему стою вторым?
А у приставки место
Первее - так нечестно!"
А суффикс вдруг ему сказал:
"Есть у меня отличный план!
Когда приставку склонит в сон,
Ее в конец мы уберем!
Ты встанешь первым, я - вторым:
Вернем мы справедливость в мир!"
Но тут вскричало окончание:
"Вся моя жизнь - одно отчаянье!
Последний, всюду угнетен,
В основу даже не включен!
И справедливо говоря -
Стоять в начале должен я:
Так за удел несчастный мой
Я должен быть вознагражден!
Тогда не будет вновь проблем.
Кто был ничем, тот станет всем!"
Ругались долго, шумно, гадко,
Покуда мудрая приставка
Не затвердила: "Хватит, хватит,
Вам место важность не придаст!
Лишь в этом золотом порядке
Мы можем слово составлять!"
Тогда морфемы помирились,
И больше никогда не злились!