Я посмотрю, не шлепнется ли он на землю, запутавшись в полы.
сказал Тарас Бульба, отступивши с удивлением несколько шагов назад.
— Вот еще что выдумал! — говорила мать, обнимавшая между тем младшего.
Они, как видно, испугались приезда паничей, не любивших спускать никому, или же просто хотели соблюсти свой женский обычай: вскрикнуть и броситься опрометью, увидевши мужчину, и потом долго закрываться от сильного стыда рукавом.
Я посмотрю, не шлепнется ли он на землю, запутавшись в полы.
сказал Тарас Бульба, отступивши с удивлением несколько шагов назад.
— Вот еще что выдумал! — говорила мать, обнимавшая между тем младшего.
Они, как видно, испугались приезда паничей, не любивших спускать никому, или же просто хотели соблюсти свой женский обычай: вскрикнуть и броситься опрометью, увидевши мужчину, и потом долго закрываться от сильного стыда рукавом.