Возьмем слово "путный". В современном языке оно имеет значение "хороший": "путное решение!", "путная мысль" (или "путёвый" в том же значении). Это связано с тем, что Россия изобилует долгими дорогами и большими расстояниями, поэтому, чтобы добраться, допустим, из одного села или города в другой, нужно было ехать в экипаже очень и очень долго. Заняться в дороге было нечем, путник оставался наедине со своими мыслями. То есть у него было время долго и тщательно что-то обдумать, принять важное решение. Так и появилось выражение "путевая мысль" в значении "хорошая": она хорошая потому, что в дороге ты успел её долго и основательно обдумать.
Умом Россию не понять, Аршином общим не измерить. У ней особенная стать. В Россию можно только верить.
Федор Тютчев довольно много времени прожил за границей, состоя на государственной дипломатической службе. Ему был хорошо знаком уклад жизни многих европейских стран, который он считал образцовым и достойным подражания. Вместе с тем, поэт находил эту жизнь чересчур размеренной и пресной, лишенной «изюминки» и слишком уж предсказуемой. Автор очень много размышлял над тем, почему в чистой и благопристойной Европе, где даже низшие сословия общества живут вполне достойно, у людей нет в душе того огня, который свойственен россиянам.
Это связано с тем, что Россия изобилует долгими дорогами и большими расстояниями, поэтому, чтобы добраться, допустим, из одного села или города в другой, нужно было ехать в экипаже очень и очень долго. Заняться в дороге было нечем, путник оставался наедине со своими мыслями. То есть у него было время долго и тщательно что-то обдумать, принять важное решение. Так и появилось выражение "путевая мысль" в значении "хорошая": она хорошая потому, что в дороге ты успел её долго и основательно обдумать.
Умом Россию не понять,
Аршином общим не измерить.
У ней особенная стать.
В Россию можно только верить.
Федор Тютчев довольно много времени прожил за границей, состоя на государственной дипломатической службе. Ему был хорошо знаком уклад жизни многих европейских стран, который он считал образцовым и достойным подражания. Вместе с тем, поэт находил эту жизнь чересчур размеренной и пресной, лишенной «изюминки» и слишком уж предсказуемой. Автор очень много размышлял над тем, почему в чистой и благопристойной Европе, где даже низшие сословия общества живут вполне достойно, у людей нет в душе того огня, который свойственен россиянам.