Николка запер предохранитель и сунул револьвер в карман. Полез по куче битого кирпича, а затем, как муха по отвесной стене,вставляя носки в такие норки, что в мирное время не поместилась бы икопейка. Оборвал ногти, окровенил пальцы и всцарапался на стену. Лежа наней животом, услыхал, что сзади, в первом дворе, раздался оглушительныйсвист и Неронов голос, а в этом, третьем, дворе, в черном окне из второгоэтажа на него глянуло искаженное ужасом женское лицо и тотчас исчезло.Падая со второй стены, угадал довольно удачно: попал в сугроб, но все-такичто-то свернулось в шее и лопнуло в черепе. Чувствуя гудение в голове имелькание в глазах, Николка побежал к воротам...(М.А. Булгаков. «Белая гвардия»)В этом отрывке перечисляются последовательные действия героя. Это повествование.
Вернер был мал ростом, и худ, и слаб, как ребенок; одна нога была унего короче другой, как у Байрона; в сравнении с туловищем голова егоказалась огромна: он стриг волосы под гребенку, и неровности его черепа, обнаруженные таким образом, поразили бы френолога странным наклонностей. Его маленькие черные глаза, всегдабеспокойные, старались проникнуть в ваши мысли. В его одежде заметны быливкус и опрятность; его худощавые, жилистые и маленькие руки красовались всветло-желтых перчатках. Его сюртук, галстук и жилет были постоянно черногоцвета.(М.Ю. Лермонтов. «Герой нашего времени»)В этом отрывке изображается внешность героя. Это описание.
Последняя статистическая перепись определила численностьнаселения союзных республик в сто сорок три миллиона человек.Если отбросить девяносто миллионов крестьян, предпочитающих стульям лавки, полати, завалинки, а на Востоке — истертые ковры и паласы, то все же остается пятьдесят миллионов человек, в домашнем обиходе которых стулья являются предметами первой необходимости. Если же принять во внимание возможные просчеты висчислениях и привычку некоторых граждан Союза сидеть междудвух стульев, то, сократив на всякий случай общее число вдвое,найдем, что стульев в стране должно быть не менее двадцатишести с половиной миллионов. Для верности откажемся еще отшести с половиной миллионов. Оставшиеся двадцать миллионов будут числом минимальным.(И. Ильф и Е. Петров. «Двенадцать стульев»)В этом отрывке дана исходная информация — численность населения, из которой путем логических умозаключений делается вывод — оценка минимально возможного количества стульев в стране. Это рассуждение.
Вернер был мал ростом, и худ, и слаб, как ребенок; одна нога была унего короче другой, как у Байрона; в сравнении с туловищем голова егоказалась огромна: он стриг волосы под гребенку, и неровности его черепа, обнаруженные таким образом, поразили бы френолога странным наклонностей. Его маленькие черные глаза, всегдабеспокойные, старались проникнуть в ваши мысли. В его одежде заметны быливкус и опрятность; его худощавые, жилистые и маленькие руки красовались всветло-желтых перчатках. Его сюртук, галстук и жилет были постоянно черногоцвета.(М.Ю. Лермонтов. «Герой нашего времени»)В этом отрывке изображается внешность героя. Это описание.
Последняя статистическая перепись определила численностьнаселения союзных республик в сто сорок три миллиона человек.Если отбросить девяносто миллионов крестьян, предпочитающих стульям лавки, полати, завалинки, а на Востоке — истертые ковры и паласы, то все же остается пятьдесят миллионов человек, в домашнем обиходе которых стулья являются предметами первой необходимости. Если же принять во внимание возможные просчеты висчислениях и привычку некоторых граждан Союза сидеть междудвух стульев, то, сократив на всякий случай общее число вдвое,найдем, что стульев в стране должно быть не менее двадцатишести с половиной миллионов. Для верности откажемся еще отшести с половиной миллионов. Оставшиеся двадцать миллионов будут числом минимальным.(И. Ильф и Е. Петров. «Двенадцать стульев»)В этом отрывке дана исходная информация — численность населения, из которой путем логических умозаключений делается вывод — оценка минимально возможного количества стульев в стране. Это рассуждение.