«...Первый раз со мной такое случилось на двух кубах... Помню, что когда в притон шла, была зима, и я была в дубленке... Ну и... кукундер совсем слетел. Обратно домой я возвращалась в мае старой, старой старухой. Что я два месяца делала, и что со мной делали вспомнить не могу, хоть убейте. Дубленку у меня, конечно, увели. Но по Москве я брела в пожеванной лисьей шапке, которую мне почему-то оставили и чьей-то ватной телогрейке... Шла я домой и рвало меня через каждые два шага... Потом выяснилось, что я была беременной, да еще и с разрывами в прямой кишке... Какими-то всполохами вспоминаю, что со мной делали, но лучше этого никогда не вспоминать...»
«...Первый раз со мной такое случилось на двух кубах... Помню, что когда в притон шла, была зима, и я была в дубленке... Ну и... кукундер совсем слетел. Обратно домой я возвращалась в мае старой, старой старухой. Что я два месяца делала, и что со мной делали вспомнить не могу, хоть убейте. Дубленку у меня, конечно, увели. Но по Москве я брела в пожеванной лисьей шапке, которую мне почему-то оставили и чьей-то ватной телогрейке... Шла я домой и рвало меня через каждые два шага... Потом выяснилось, что я была беременной, да еще и с разрывами в прямой кишке... Какими-то всполохами вспоминаю, что со мной делали, но лучше этого никогда не вспоминать...»