Ядреный морозец ударивший ночью сразу все преобразил. Прочного снега не было, но кристаллический иней густо посеребривший все вокруг лежал на дороге, корневищах нагроможденных по обочинам, деревьях, кустах. Небо над тайгой было ясное.  Лиственные деревья еще не сбросившие своих уборов  радовали глаз темно-багровыми и ярко-зелеными пятнами.  Листва убитая морозами текла с неподвижных веток при малейшем дуновении ветра. Листок сорванный ветром вертелся в воздухе, задевал другие, сшибал, и они порхающим ручейком устремлялись за ним. Дорога в тайгу пестрела, будто выстланная ситцем.

Ядреный морозец, ударивший ночью, сразу все преобразил. Прочного снега не было, но кристаллический иней густо, посеребривший все вокруг, лежал на дороге, корневищах нагроможденных по обочинам, деревьях, кустах. Небо над тайгой было ясное.  Лиственные деревья, еще не сбросившие своих уборов, радовали глаз темно-багровыми и ярко-зелеными пятнами.  Листва убитая морозами, текла с неподвижных веток при малейшем дуновении ветра. Листок, сорванный ветром, вертелся в воздухе, задевал другие, сшибал, и они, порхающим ручейком, устремлялись за ним. Дорога в тайгу пестрела, будто выстланная ситцем.