1. Зимы последние кусочки чуть всхлипывают под ногой, и так смущенно дышат кочки незащищенностью нагой (Евт.). 2. И руки обессилено повисли. Сломала зубы молодость, и вот рассудочность сомнительные мысли пластмассовою челюстью жует (Евт.). 3. Но даже и ракетой вознесен, несущейся быстрей, чем скорость звука, увижу я, как будто страшный сон. молчалиных тихоньствующих сонм и многоликость рожи Скалозуба (Евт.). 4. Только разве кончики волос помнят, как ты гладил их когда-то (Евт.). 5. Женской боли при жизни поставить бы следует памятник (Евт.). 6. Прикручен шар земной ко мне. Я, как усталая японка, весь мир таскаю, как ребенка, рыдающего на спине (Евт.). 7. Через города пролегал тракт, старый престарый, самый старый в Сибири почтовый тракт. Он, как хлеб. разрезал города пополам ножом главной улицы, а села пролетал, не оборачиваясь C*b_{3} раскидав так далеко позади шпалерами выстроившиеся избы или выгнув их дугой или крюком внезапного поворота. 8. Осень уже резко обозначила в лесу границу хвойного и лиственного мира. Первый сумрачною, почти черною стеною щетинился в глубине, второй виноогненными пятнами светился в промежутках, точно древний городок с детинцем и златоверхими теремами, срубленный в чаще леса из его бревен. 9. В лесу было много непожелтевшей зелени. В самой глубине он почти весь еще был свеж и зелен. Низившееся послеобеденное солнце пронизывало его сзади своими лучами. Листья пропускали солнечный свет и горели с изнанки зеленым огнем прозрачного бутылочного стекла (Паст
Відповідь:
Пояснення: