Налим уплыл,пока горе-рыбаки давали друг другу советы,отвлекались на разговор.
"— Погодите, я сейчас... — говорит барин и начинает торопливо раздеваться. — Четыре вас дурака, и налима вытащить не можете!"
"На поверхности показывается большая налимья голова и за нею черное аршинное тело. Налим тяжело ворочает хвостом и старается вырваться."
"— Знатный налим! — лепечет Ефим, почесывая под ключицами. — Чай, фунтов десять будет... — Н-да... — соглашается барин. — Печенка-то так и отдувается. Так и прет ее из нутра. А... ах! Налим вдруг неожиданно делает резкое движение хвостом вверх и рыболовы слышат сильный плеск... Все растопыривают руки, но уже поздно; налим — поминай как звали."
Налим уплыл,пока горе-рыбаки давали друг другу советы,отвлекались на разговор.
"— Погодите, я сейчас... — говорит барин и начинает торопливо раздеваться. — Четыре вас дурака, и налима вытащить не можете!"
"На поверхности показывается большая налимья голова и за нею черное аршинное тело. Налим тяжело ворочает хвостом и старается вырваться."
"— Знатный налим! — лепечет Ефим, почесывая под ключицами. — Чай, фунтов десять будет... — Н-да... — соглашается барин. — Печенка-то так и отдувается. Так и прет ее из нутра. А... ах! Налим вдруг неожиданно делает резкое движение хвостом вверх и рыболовы слышат сильный плеск... Все растопыривают руки, но уже поздно; налим — поминай как звали."