Сократить текст, мне лень : d не успел чичиков осмотреться, как уже был схвачен под руку губернатором, который представил его тут же губернаторше. приезжий гость и тут не уронил себя: он сказал какой-то комплимент, весьма приличный для человека средних лет, имеющего чин не слишком большой и не слишком малый. когда установившиеся пары танцующих притиснули всех к стене, он, заложивши руки назад, глядел на них минуты две внимательно. многие были хорошо одеты и по моде, другие оделись во что бог послал в губернский город. мужчины здесь, как и везде, были двух родов: одни тоненькие, которые всё увивались около ; некоторые из них были такого рода, что с трудом можно было отличить их от петербургских, имели так же весьма обдуманно и со вкусом зачесанные бакенбарды или просто благовидные, весьма гладко выбритые овалы лиц, так же небрежно подседали к , так же говорили по-французски и смешили так же, как и в петербурге. другой род мужчин составляли толстые или такие же, как чичиков, то есть не так чтобы слишком толстые, однако ж и не тонкие. эти, напротив того, косились и пятились от и посматривали только по сторонам, не расставлял ли где губернаторский слуга зеленого стола для виста. лица у них были полные и круглые, на иных даже были бородавки, кое-кто был и рябоват, волос они на голове не носили ни хохлами, ни буклями, ни на манер “черт меня побери”, как говорят французы, – волосы у них были или низко подстрижены, или прилизаны, а черты лица больше закругленные и крепкие. это были почетные чиновники в городе. увы! толстые умеют лучше на этом свете обделывать дела свои, нежели тоненькие. тоненькие служат больше по особенным поручениям или только числятся и виляют туда и сюда; их существование как-то слишком легко, воздушно и совсем ненадежно. толстые же никогда не занимают косвенных мест, а всё прямые, и уж если сядут где, то сядут надежно и крепко, так что скорей место затрещит и угнется под ними, а уж они не слетят. наружного блеска они не любят; на них фрак не так ловко скроен, как у тоненьких, зато в шкатулках благодать божия. у тоненького в три года не остается ни одной души, не заложенной в ломбард; у толстого спокойно, глядь – и явился где-нибудь в конце города дом, купленный на имя жены, потом в другом конце другой дом, потом близ города деревенька, потом и село со всеми угодьями. наконец толстый, послуживши богу и государю, заслуживши всеобщее уважение, оставляет службу, перебирается и делается помещиком, славным барином, хлебосолом, и живет, и хорошо живет. а после него опять тоненькие наследники спускают, по обычаю, на курьерских все отцовское добро. нельзя утаить, что почти такого рода размышления занимали чичикова в то время, когда он рассматривал общество, и следствием этого было то, что он наконец присоединился к толстым, где встретил почти всё знакомые лица. (н. в. гоголь. мертвые души.)
