Я смотрела на мальчика, рисующего на асфальте. всех студентов, не сдавших сессию, отчислят. летней ясной ночью мы смотрим на падающие звезды. (необособленный причастный оборот) я подняла с пола упавший карандаш. (необособленный причастный оборот) я, уставшая после работы, решила прилечь на диван.
И вы сквозь мелкий, нищенский, Нагой, трепещущий ольшаник В имбирно-красный лес кладбищенский, Горевший, как печатный пряник. (Б. Пастернак) Рынок, крытый лазурным небом, И немыслимо пахнет все: Заглянуть сюда за тандырным хлебом – И уйти навьюченной, как осел. Здесь кавказцы твердят всегда о Том, что встречи хотят со мной: У меня на плече иероглиф «Дао», Нарисованный черной хной. (Вера Полозкова) Прощай, размах крыла расправленный, Полета вольное упорство, И образ мира, в слове явленный, И творчество, и чудотворство! (Б. Пастернак) И, заметив полосу света, пробившуюся сбоку одной из суконных стор, он весело скинул ноги с дивана, отыскал ими шитые женой (подарок ко дню рождения в году), обделанные в золотистый сафьян туфли и по старой, девятилетней привычке, не вставая, потянулся рукой к тому месту, где в спальне у него висел халат. Неприятнее всего была та первая минута, когда он, вернувшись из театра, веселый и довольный, с огромною грушей для жены в руке, не нашел жены в гостиной; к удивлению, не нашел ее и в кабинете и, наконец, увидал ее в спальне с несчастною, открывшею все, запиской в руке. (Л. Толстой "Анна Каренина") Жирным выделены причастные обороты, их даже больше, чем надо.
Нагой, трепещущий ольшаник
В имбирно-красный лес кладбищенский,
Горевший, как печатный пряник.
(Б. Пастернак)
Рынок, крытый лазурным небом,
И немыслимо пахнет все:
Заглянуть сюда за тандырным хлебом –
И уйти навьюченной, как осел.
Здесь кавказцы твердят всегда о
Том, что встречи хотят со мной:
У меня на плече иероглиф «Дао»,
Нарисованный черной хной.
(Вера Полозкова)
Прощай, размах крыла расправленный,
Полета вольное упорство,
И образ мира, в слове явленный,
И творчество, и чудотворство!
(Б. Пастернак)
И, заметив полосу света, пробившуюся сбоку одной из суконных стор, он весело скинул ноги с дивана, отыскал ими шитые женой (подарок ко дню рождения в году), обделанные в золотистый сафьян туфли и по старой, девятилетней привычке, не вставая, потянулся рукой к тому месту, где в спальне у него висел халат.
Неприятнее всего была та первая минута, когда он, вернувшись из театра, веселый и довольный, с огромною грушей для жены в руке, не нашел жены в гостиной; к удивлению, не нашел ее и в кабинете и, наконец, увидал ее в спальне с несчастною, открывшею все, запиской в руке.
(Л. Толстой "Анна Каренина")
Жирным выделены причастные обороты, их даже больше, чем надо.