Многие студенты начинали учебу в еще совсем нежном возрасте. Например, в Парижском университете на факультете искусств держать экзамены бакалавра разрешалось с 14 лет. Встречались и великовозрастные ревнители наук. Например, Эразм Роттердамский лишь к 30 годам начал систематическую учебу.
Основу образования составляло, конечно, знание латинской грамматики. Эту премудрость будущие студенты должны были постигнуть до университета — в грамматической школе или с частными учителями. Школярам жилось несладко. Эразм Роттердамский сравнивал школы с застенками: главными инструментами обучения учителя считали розги, треххвостую плетку и линейку. Спокойная жизнь не была обеспечена и индивидуальным ученикам. Наказывали всех, даже принцев (юного Людовика XIII пороли до пятнадцати лет, хотя он тогда уже был королем). Исключение составляли только наследники английского трона, рядом с которыми всегда были «мальчики для битья».
Наказания не прекращались и в университете. Доминиканский монах, философ и педагог Винсент из Бове в трактате о воспитании государей приводит следующий список «орудий принуждения»: окрики, увещевания, розги, хлысты и т. п. В Колежже Монтегю в ходу были пинки, затрещины, таскание за волосы и уши: последний прием якобы улучшению памяти ученика.
Жили обычные студенты в нищете. За учебу и за право сдать экзамены надо было платить большие деньги. Для того, чтобы получить степень бакалавра, нужно было отучиться четыре года или даже пять лет. Именно поэтому многие студенты предпочитали учебу в провинции, где срок сокращался до трех лет. В XVI веке в Париже сдать экзамен на степень магистра искусств стоило примерно 60 ливров, на степень доктора медицины — 880 ливров, доктора богословия — тысячу ливров, неслыханную по тем временам сумму.
Традиция посвящать новичков в студенты появилась еще во времена Средневековья. В руководстве для школяров конца XV века «Manuale Scolarium» описывается, кто неотесанного юнца, больше похожего на животного, нужно было превратить в подобие человеческого существа. На деле новичка подвергали издевательским процедурам: заставляли полоскать рот жидкостью из отхожего места, били, щипали, стригли тупыми ножницами, обрезали ногти, пихали в рот всякую дрянь и при этом задавали коварные вопросы типа «Сколько блох входит в меру?». Если юнец отвечал «не знаю», то получал пощечину со словами: «Дурак, они не входят туда, а выпрыгивают оттуда».
Вырвавшись из-под контроля, студенты наслаждались свободной жизнью и часто забывали об учебе. Чем только не занимались школяры в учебных аудиториях — всем, чем угодно, кроме учения! Однажды во время учебы будущего поэта Ричарда Корбета в начале XVII века в Оксфорде в классе выпивали. Один из студентов заснул, и Корбет — между прочим, он тогда уже был магистром искусств, а то и бакалавром — изрезал ножницами его превосходные шелковые чулки.
Многие студенты начинали учебу в еще совсем нежном возрасте. Например, в Парижском университете на факультете искусств держать экзамены бакалавра разрешалось с 14 лет. Встречались и великовозрастные ревнители наук. Например, Эразм Роттердамский лишь к 30 годам начал систематическую учебу.
Основу образования составляло, конечно, знание латинской грамматики. Эту премудрость будущие студенты должны были постигнуть до университета — в грамматической школе или с частными учителями. Школярам жилось несладко. Эразм Роттердамский сравнивал школы с застенками: главными инструментами обучения учителя считали розги, треххвостую плетку и линейку. Спокойная жизнь не была обеспечена и индивидуальным ученикам. Наказывали всех, даже принцев (юного Людовика XIII пороли до пятнадцати лет, хотя он тогда уже был королем). Исключение составляли только наследники английского трона, рядом с которыми всегда были «мальчики для битья».
Наказания не прекращались и в университете. Доминиканский монах, философ и педагог Винсент из Бове в трактате о воспитании государей приводит следующий список «орудий принуждения»: окрики, увещевания, розги, хлысты и т. п. В Колежже Монтегю в ходу были пинки, затрещины, таскание за волосы и уши: последний прием якобы улучшению памяти ученика.
Жили обычные студенты в нищете. За учебу и за право сдать экзамены надо было платить большие деньги. Для того, чтобы получить степень бакалавра, нужно было отучиться четыре года или даже пять лет. Именно поэтому многие студенты предпочитали учебу в провинции, где срок сокращался до трех лет. В XVI веке в Париже сдать экзамен на степень магистра искусств стоило примерно 60 ливров, на степень доктора медицины — 880 ливров, доктора богословия — тысячу ливров, неслыханную по тем временам сумму.
Традиция посвящать новичков в студенты появилась еще во времена Средневековья. В руководстве для школяров конца XV века «Manuale Scolarium» описывается, кто неотесанного юнца, больше похожего на животного, нужно было превратить в подобие человеческого существа. На деле новичка подвергали издевательским процедурам: заставляли полоскать рот жидкостью из отхожего места, били, щипали, стригли тупыми ножницами, обрезали ногти, пихали в рот всякую дрянь и при этом задавали коварные вопросы типа «Сколько блох входит в меру?». Если юнец отвечал «не знаю», то получал пощечину со словами: «Дурак, они не входят туда, а выпрыгивают оттуда».
Вырвавшись из-под контроля, студенты наслаждались свободной жизнью и часто забывали об учебе. Чем только не занимались школяры в учебных аудиториях — всем, чем угодно, кроме учения! Однажды во время учебы будущего поэта Ричарда Корбета в начале XVII века в Оксфорде в классе выпивали. Один из студентов заснул, и Корбет — между прочим, он тогда уже был магистром искусств, а то и бакалавром — изрезал ножницами его превосходные шелковые чулки.
Объяснение:
надеюсь не слишком много)