Я убеждён, что цивилизация, существовавшая до нас, оставила по себе, во-первых, нас самих, мы от их рода, и, во-вторых, оставила нам язык. Мне сложно верить в такую глупую догму, что мы произошли от обезьян. И тем более сложно искать правду в осколках черепов (ведь всю землю не перекопаешь!). А язык тесно связан с нашим коллективным бессознательным, язык глубоко символичен, многозначен, многослоен. И в отличие от черепков он всегда при нас. Мы и есть – язык (народ – в древнем понимании).
Я убеждён, что цивилизация, существовавшая до нас, оставила по себе, во-первых, нас самих, мы от их рода, и, во-вторых, оставила нам язык. Мне сложно верить в такую глупую догму, что мы произошли от обезьян. И тем более сложно искать правду в осколках черепов (ведь всю землю не перекопаешь!). А язык тесно связан с нашим коллективным бессознательным, язык глубоко символичен, многозначен, многослоен. И в отличие от черепков он всегда при нас. Мы и есть – язык (народ – в древнем понимании).
добавь от себя немножко