Бледно-серое небо светлело, холоднело, синело; звёзды то мигали слабым светом, то исчезали; отсырела земля; запотели листья; кой-где стали раздаваться живые звуки голоса, и жидкий ранний ветерок уже пошёл бродить и порхать над землёю.
На тёмно-сером небе мигают звёзды; влажный ветерок изредка набегает лёгкой волной; слышится сдержанный неясный шёпот ночи; деревья слабо шумят, облитые тенью.
Я знаю, в вашем сердце есть и гордость, и прямая честь.
Опомнилась, глядит Татьяна: медведя нет; она в сенях; за дверью крик и звон стакана.
Да вишь, какая погода: как раз собьёшься с дороги.
Обряд известный угощенья: несут на блюдечках варенья; на столик ставят вощаной кувшин с брусничною водой.
Бледно-серое небо светлело, холоднело, синело; звёзды то мигали слабым светом, то исчезали; отсырела земля; запотели листья; кой-где стали раздаваться живые звуки голоса, и жидкий ранний ветерок уже пошёл бродить и порхать над землёю.
На тёмно-сером небе мигают звёзды; влажный ветерок изредка набегает лёгкой волной; слышится сдержанный неясный шёпот ночи; деревья слабо шумят, облитые тенью.
Я знаю, в вашем сердце есть и гордость, и прямая честь.
Опомнилась, глядит Татьяна: медведя нет; она в сенях; за дверью крик и звон стакана.
Да вишь, какая погода: как раз собьёшься с дороги.
Обряд известный угощенья: несут на блюдечках варенья; на столик ставят вощаной кувшин с брусничною водой.