Объяснение:Передо мной серело пустынное поле. Один сторожевой курган стоял вдалеке и, казалось, зорко охранял равнины. С утра в степи было по-весеннему холодно и ветрено. Ветер, просушивая колеи дороги, шуршал бурьяном. За мной, на западе, картинно рисовалась на горизонте гряда меловых гор. Темнея пятнами лесов, как старинное, тусклое серебро, она тонула в утреннем тумане. Ветер, дувший мне навстречу, холодил лицо. Степь увлекала, овладевая душой, наполняя ее чувством радости.
За курганом блеснула ложбина, круглая, налитая весенней водой. Есть что-то чистое и веселое в этих апрельских болотцах. Над ними вьются звонкоголосые чибисы, серенькие трясогузки перебегают по ее бережкам, оставляя на иле свои звездообразные следы. В воде, мелкой, прозрачной, отражается ясная лазурь и белые облака весеннего неба.
Курган был дикий, еще ни разу не тронутый плугом. «Время его, - подумал я, - навсегда проходит. В вековом забытьи он только вспоминает далекое былое, прежние степи, прежних людей».
Объяснение:Передо мной серело пустынное поле. Один сторожевой курган стоял вдалеке и, казалось, зорко охранял равнины. С утра в степи было по-весеннему холодно и ветрено. Ветер, просушивая колеи дороги, шуршал бурьяном. За мной, на западе, картинно рисовалась на горизонте гряда меловых гор. Темнея пятнами лесов, как старинное, тусклое серебро, она тонула в утреннем тумане. Ветер, дувший мне навстречу, холодил лицо. Степь увлекала, овладевая душой, наполняя ее чувством радости.
За курганом блеснула ложбина, круглая, налитая весенней водой. Есть что-то чистое и веселое в этих апрельских болотцах. Над ними вьются звонкоголосые чибисы, серенькие трясогузки перебегают по ее бережкам, оставляя на иле свои звездообразные следы. В воде, мелкой, прозрачной, отражается ясная лазурь и белые облака весеннего неба.
Курган был дикий, еще ни разу не тронутый плугом. «Время его, - подумал я, - навсегда проходит. В вековом забытьи он только вспоминает далекое былое, прежние степи, прежних людей».
Відповідь:
Пояснення: