Мы с рождения заточены в своих городах, словно в каменных башнях. Выходим из дома и бредем по серому тротуару, перепрыгиваем со ступеньки на ступеньку, едем под гулкий шум метро. И эта дорога кажется бесконечной. Кругом, куда ни посмотри, один бетон, стеклянные раскрашенные витрины, от которых отдает наигранностью и фальшью, фонтаны – лишь имитация настоящего, живого потока воды, какой можно увидеть лишь в горах или лесу.
Что поделать, люди спрятались в своих мегаполисах, своих квартирах похожих на клетку, и совсем забыли о том, как выглядит настоящая земля. А как приятно бывает на природе пройтись босиком по голой, настоящей земле. Кто-нибудь, интересно, ещё помнит это ощущение? Например, летом, после теплого, слепого дождика, сняв сандали, бежать по лужам, словно маленький ребенок, ощущая под собой каждый мелкий камушек, и смеяться, попадая в глубокие ямы. Или в деревне, ступить на свежескошенную траву, почувствовать её мягкость, а после вдохнуть сладковатый аромат.
Мы с рождения заточены в своих городах, словно в каменных башнях. Выходим из дома и бредем по серому тротуару, перепрыгиваем со ступеньки на ступеньку, едем под гулкий шум метро. И эта дорога кажется бесконечной. Кругом, куда ни посмотри, один бетон, стеклянные раскрашенные витрины, от которых отдает наигранностью и фальшью, фонтаны – лишь имитация настоящего, живого потока воды, какой можно увидеть лишь в горах или лесу.
Что поделать, люди спрятались в своих мегаполисах, своих квартирах похожих на клетку, и совсем забыли о том, как выглядит настоящая земля. А как приятно бывает на природе пройтись босиком по голой, настоящей земле. Кто-нибудь, интересно, ещё помнит это ощущение? Например, летом, после теплого, слепого дождика, сняв сандали, бежать по лужам, словно маленький ребенок, ощущая под собой каждый мелкий камушек, и смеяться, попадая в глубокие ямы. Или в деревне, ступить на свежескошенную траву, почувствовать её мягкость, а после вдохнуть сладковатый аромат.