Большинство из нас не очень сильны в иностранных языках. Но уж своим родным, вне сомнения, владеем свободно и легко его понимаем. Однако даже тут сомнение иногда возникает — особенно при попытке наладить диалог поколений. Язык подростков ХХI века не всегда понятен их родителям и учителям. А уж школьному психологу, чья непосредственная обязанность — поиск взаимопонимания с юным поколением, совсем нелишне было бы разбираться, какой смысл вкладывают его подопечные в свои слова. Тем более что особенности лексикона молодежной субкультуры, похоже, отражают и своеобразие того менталитета, который в силу нашего профессионального долга не должен бы быть для нас загадкой. Так попробуем расшифровать некоторые формулы нынешнего подросткового новояза, причем не столько лингвистически, сколько психологически. Возможно, это нам найти с «племенем младым, незнакомым» если не общий язык (на это надежды мало), то хоть какие-то точки взаимопонимания.
Большинство из нас не очень сильны в иностранных языках. Но уж своим родным, вне сомнения, владеем свободно и легко его понимаем.
Однако даже тут сомнение иногда возникает — особенно при попытке наладить диалог поколений. Язык подростков ХХI века не всегда понятен их родителям и учителям. А уж школьному психологу, чья непосредственная обязанность — поиск взаимопонимания с юным поколением, совсем нелишне было бы разбираться, какой смысл вкладывают его подопечные в свои слова. Тем более что особенности лексикона молодежной субкультуры, похоже, отражают и своеобразие того менталитета, который в силу нашего профессионального долга не должен бы быть для нас загадкой.
Так попробуем расшифровать некоторые формулы нынешнего подросткового новояза, причем не столько лингвистически, сколько психологически. Возможно, это нам найти с «племенем младым, незнакомым» если не общий язык (на это надежды мало), то хоть какие-то точки взаимопонимания.