Дед засек меня до потери сознания, И несколько дней я хворал, валяясь вверх спиною на широкой жаркой постели в маленькой комнате с одним окном и красной, неугасимой лампадой в углу пред киотом со множеством икон. ССП
Я хорошо видел, ЧТО дед следит за мною умными и зоркими зелеными глазами, и боялся его. СПП.
Говорила она, как-то особенно выпевая слова, и они легко укреплялись в памяти моей, похожие на цветы, такие же ласковые, яркие, сочные. ССП.
Я рассказал матросу, КАК зарыли живых лягушек, хороня отца. СПП.
Он был ростом под руку ей, шагал мелко и быстро, а она, глядя на него сверху вниз, точно по воздуху плыла. ССП.
Они возятся на полу около отца, задевают его, стонут и кричат, а он неподвижен и точно смеется. ССП
Мне кажется, что она боится матери. СПП.
Дед засек меня до потери сознания, И несколько дней я хворал, валяясь вверх спиною на широкой жаркой постели в маленькой комнате с одним окном и красной, неугасимой лампадой в углу пред киотом со множеством икон. ССП
Я хорошо видел, ЧТО дед следит за мною умными и зоркими зелеными глазами, и боялся его. СПП.
Говорила она, как-то особенно выпевая слова, и они легко укреплялись в памяти моей, похожие на цветы, такие же ласковые, яркие, сочные. ССП.
Я рассказал матросу, КАК зарыли живых лягушек, хороня отца. СПП.
Он был ростом под руку ей, шагал мелко и быстро, а она, глядя на него сверху вниз, точно по воздуху плыла. ССП.
Они возятся на полу около отца, задевают его, стонут и кричат, а он неподвижен и точно смеется. ССП