Осуществилась моя давняя мечта. Недавно я побывал у папы на заводе. Мой отец слесарь-оператор, работает в техническом отделе программной обработки.
Вот папа принес перфоленту с программой-заданием для станка. Перфолента — это чертеж детали, переведенный на язык чисел. Папа быстро переписал программу-задание в память станка, который сразу же зашелестел мотором и притянул к себе рабочий стол со сложной деталью. Моргнув лампой, станок высветил на пульте стройные ряды цифр. Потом потянулся вверх, выбрал нужный инструмент и перенес его в шпиндель. С негромким жужжанием шпиндель вошел в горловину детали и начал сверлить. На экран высыпались все новые и новые столбики цифр. Это станок рассказывал, что и как он делает. Папа сосредоточенно вычитывал цифры, следя за работой станка. Детали, которые изготовляются, настолько сложны, что вручную их и проверить невозможно.
Побывав на заводе, я понял, как много нужно уметь и знать, чтобы работать с самыми современными станками.
Осуществилась моя давняя мечта. Недавно я побывал у папы на заводе. Мой отец слесарь-оператор, работает в техническом отделе программной обработки.
Вот папа принес перфоленту с программой-заданием для станка. Перфолента — это чертеж детали, переведенный на язык чисел. Папа быстро переписал программу-задание в память станка, который сразу же зашелестел мотором и притянул к себе рабочий стол со сложной деталью. Моргнув лампой, станок высветил на пульте стройные ряды цифр. Потом потянулся вверх, выбрал нужный инструмент и перенес его в шпиндель. С негромким жужжанием шпиндель вошел в горловину детали и начал сверлить. На экран высыпались все новые и новые столбики цифр. Это станок рассказывал, что и как он делает. Папа сосредоточенно вычитывал цифры, следя за работой станка. Детали, которые изготовляются, настолько сложны, что вручную их и проверить невозможно.
Побывав на заводе, я понял, как много нужно уметь и знать, чтобы работать с самыми современными станками.