В стае в ту зиму ходила молодая волчица, не позабывшая ребячьих своих забав. Днем волки, свернувшись в клубки, дремали, а она вскакивала, кружилась, утаптывая снег, и будила стариков. Волки нехотя поднимались, тыкались в нее холодными носами, а она шутливо огрызалась, кусая их за ноги. Старые волчихи, свернувшись и не поднимая голов, поглядывали на молодую проказницу.
Однажды ночью волчица поднялась и побежала в поле, а за ней, высунув языки, затряслись старики. Волчихи оставались лежать, потом и они побежали за стаей.
Волки бежали по дороге, а за ними скользили, ломаясь на снегу, тени. Снег в лучах луны блестел алмазами. От деревни послышался звон бубенцов. Казалось, что зазвенели, покатившись по дороге, звезды, упавшие с неба. Волки, завязая по брюхо, отошли в поле и легли, повернувшись мордами к деревне.
В стае в ту зиму ходила молодая волчица, не позабывшая ребячьих своих забав. Днем волки, свернувшись в клубки, дремали, а она вскакивала, кружилась, утаптывая снег, и будила стариков. Волки нехотя поднимались, тыкались в нее холодными носами, а она шутливо огрызалась, кусая их за ноги. Старые волчихи, свернувшись и не поднимая голов, поглядывали на молодую проказницу.
Однажды ночью волчица поднялась и побежала в поле, а за ней, высунув языки, затряслись старики. Волчихи оставались лежать, потом и они побежали за стаей.
Волки бежали по дороге, а за ними скользили, ломаясь на снегу, тени. Снег в лучах луны блестел алмазами. От деревни послышался звон бубенцов. Казалось, что зазвенели, покатившись по дороге, звезды, упавшие с неба. Волки, завязая по брюхо, отошли в поле и легли, повернувшись мордами к деревне.