Два капитана Вениамин Каверин обозначьте причастия и деепричастия.

Помню просторный грязный двор и низкие домики, обнесенные забором. Двор сеял у самой реки, и по веснам, когда спадала полая вода, он был усеян щепой и ракушками, а иногда и другими, куда более интересными вещами. Так, однажды мы нашли туго набитую письмами сумку, а потом вода принесла и осторожно положила на берег я самого почтальона. Он лежал на спине, закинув руки, как будто заслонясь от солнца, еще совсем молодой, белокурый, в форменной тужурке с блестящими пуговицами: должно быть, отправляясь в свой последний рейс, почтальон начистил их мелом.
Сумку отобрал городовой, а письма, так как они размокли и уже никуда не годились, взяла себе тетя Даша. Но они не совсем размокли: сумка была новая, кожаная и плотно запиралась. Каждый вечер тетя Даша читала вслух по одному письму, иногда только мне, а иногда всему двору. Это было так интересно, что старухи, ходившие к Сковородникову играть в "козла", бросали карты и присоединялись к нам. Одно из этих писем тетя Даша читала чаще других - так часто, что, в конце концов, я выучил его наизусть. С тех пор много лет, но я еще помню его от первого до последнего слова.

Причастия (П) и деепричастия (Д)

Помню просторный грязный двор и низкие домики, обнесенные (П) забором. Двор стоял у самой реки, и по веснам, когда спадала полая вода, он был усеян (П) щепой и ракушками, а иногда и другими, куда более интересными вещами. Так, однажды мы нашли туго набитую (П) письмами сумку, а потом вода принесла и осторожно положила на берег я самого почтальона. Он лежал на спине, закинув (Д) руки, как будто заслонясь (Д) от солнца, еще совсем молодой, белокурый, в форменной тужурке с блестящими (П) пуговицами: должно быть, отправляясь (Д) в свой последний рейс, почтальон начистил их мелом.

Сумку отобрал городовой, а письма, так как они размокли и уже никуда не годились, взяла себе тетя Даша. Но они не совсем размокли: сумка была новая, кожаная и плотно запиралась.

Каждый вечер тетя Даша читала вслух по одному письму, иногда только мне, а иногда всему двору. Это было так интересно, что старухи, ходившие (П) к Сковородникову играть в "козла", бросали карты и присоединялись к нам. Одно из этих писем тетя Даша читала чаще других – так часто, что, в конце концов, я выучил его наизусть. С тех пор много лет, но я еще помню его от первого до последнего слова.

__

Вениамин Каверин «Два капитана»