Крылатая фраза Чехова о том, что «в человеке должно быть всё прекрасно: и лицо, и одежда, и душа, и мысли», широко известна. Каждый может своими словами сформулировать главную мысль этого высказывания, а я определяю её для себя так: каждый человек должен стараться, чтобы не только его лицо и одежда были чистыми и красивыми, но чтобы и мысли, и душа, и поступки были такими же опрятными.
Трудно, очень трудно следовать мудрому Чехову в нашей обыденной жизни! За лицом и одеждой ещё как-то следить получается, но вот душа и мысли… Они так и стараются что-нибудь подленькое выкинуть и потешить нашу эгоистическую натуру! То подталкивают нас предать друга, то заставляют чесать руки в надежде урвать кусок побольше, то делаются грязными от соприкосновения с мерзостями, творимыми другими… Что же делать, Антон Павлович, если я не настолько мудр, как вы? Где взять силы? Но должно быть! Иначе мы все погрязли бы во грехе, стали бы чёрствыми и жестокими, разучились бы сострадать и сочувствовать.
Крылатая фраза Чехова о том, что «в человеке должно быть всё прекрасно: и лицо, и одежда, и душа, и мысли», широко известна. Каждый может своими словами сформулировать главную мысль этого высказывания, а я определяю её для себя так: каждый человек должен стараться, чтобы не только его лицо и одежда были чистыми и красивыми, но чтобы и мысли, и душа, и поступки были такими же опрятными.
Трудно, очень трудно следовать мудрому Чехову в нашей обыденной жизни! За лицом и одеждой ещё как-то следить получается, но вот душа и мысли… Они так и стараются что-нибудь подленькое выкинуть и потешить нашу эгоистическую натуру! То подталкивают нас предать друга, то заставляют чесать руки в надежде урвать кусок побольше, то делаются грязными от соприкосновения с мерзостями, творимыми другими… Что же делать, Антон Павлович, если я не настолько мудр, как вы? Где взять силы? Но должно быть! Иначе мы все погрязли бы во грехе, стали бы чёрствыми и жестокими, разучились бы сострадать и сочувствовать.