«Научная симфония» — не первый пример успешной коллаборации науки и искусства: музыканты XX века всегда отдавали дань уважения учёным и своим современникам. И если подлинный расцвет научной мысли в музыке пришёлся на послевоенный период авангарда и первые эксперименты с электронным звуком, то бурные семидесятые сместили интерес музыкантов к упрощённому восприятию галактических просторов. Тогда возник спэйс-поп Pink Floyd, а чуть позже – умилительный техно-фьюжн Rockit Хэрби Хэнкока, — тот самый, под который танцевала брейк молодёжь из «Курьера».
«Научная симфония» — не первый пример успешной коллаборации науки и искусства: музыканты XX века всегда отдавали дань уважения учёным и своим современникам. И если подлинный расцвет научной мысли в музыке пришёлся на послевоенный период авангарда и первые эксперименты с электронным звуком, то бурные семидесятые сместили интерес музыкантов к упрощённому восприятию галактических просторов. Тогда возник спэйс-поп Pink Floyd, а чуть позже – умилительный техно-фьюжн Rockit Хэрби Хэнкока, — тот самый, под который танцевала брейк молодёжь из «Курьера».
( Музыка ближе )