С самого детства мы постигаем свое кровное родство с природой-матерью, родной землей, являющейся нашей колыбелью, но так уж, видно, устроены, что не умеем дорожить полученным без усилий, поэтому с годами память о нашем родословии оттесняется повседневностью в потаенные уголки души. И в пору нашей зрелости мы не видим родных просторов, от постоянного созерцания которых питались бы яркими впечатлениями.
С самого детства мы постигаем свое кровное родство с природой-матерью, родной землей, являющейся нашей колыбелью, но так уж, видно, устроены, что не умеем дорожить полученным без усилий, поэтому с годами память о нашем родословии оттесняется повседневностью в потаенные уголки души. И в пору нашей зрелости мы не видим родных просторов, от постоянного созерцания которых питались бы яркими впечатлениями.
И в пору нашей зрелости мы не видим родных просторов, от постоянного созерцания которых питались бы яркими впечатлениями.
Объяснение: