1. Окна там, выходили на скучноватую улицу, поперек которой висел, правда, железнодорожный мост, но где не было, зато, бледной заманчивой дали.
2. Он зашел к старому поэту, оттого, что это был единственный человек, который мог бы понять его волненье.
3. Теперь, слава Богу, стихов не пишу.
4. В этой солнечной глубине, день был на диво похожий, косой конус озаренный пыли, проходил через угол письменного стола.
5. Это было не просто воспоминанье, но, жизнь гораздо действительнее, гораздо "интенсивнее", как пишут в газетах, чем жизнь его берлинской тени.
6. Его круглое, неумное, очень русское лицо, со вздернутым носом и синими томными глазами, сам он думал, что похож на верленовского "полу-пьерро, полу-гаврош", было помято и лоснилось...
1. Окна там, выходили на скучноватую улицу, поперек которой висел, правда, железнодорожный мост, но где не было, зато, бледной заманчивой дали.
2. Он зашел к старому поэту, оттого, что это был единственный человек, который мог бы понять его волненье.
3. Теперь, слава Богу, стихов не пишу.
4. В этой солнечной глубине, день был на диво похожий, косой конус озаренный пыли, проходил через угол письменного стола.
5. Это было не просто воспоминанье, но, жизнь гораздо действительнее, гораздо "интенсивнее", как пишут в газетах, чем жизнь его берлинской тени.
6. Его круглое, неумное, очень русское лицо, со вздернутым носом и синими томными глазами, сам он думал, что похож на верленовского "полу-пьерро, полу-гаврош", было помято и лоснилось...