"цели образования тесно связаны с целями жизни данного общества. жизнь определяет образование, и обратно, образование воздействует на жизнь. " с.и гессен, педагог. объясните смысл данного высказывания
На протяжении истории образовательная парадигма неоднократно претерпевала качественные изменения. Русский философ и педагог С. 0И. Гессен верно замечал, что,,цели образования тесно связаны с целями жизни данного общества. Жизнь определяет образование, и обратно - образование воздействует на жизнь. Понять систему образования данного общества - значит понять строй его жизни ’’ [1, с. 25].
В контексте перестройки 80-х годов был декларирован исключительно важный тезис о необходимости возврата от классовых к общечеловеческим нравственным ценностям. Мы все увереннее возвращаемся к признанию прекрасным того, что нравственно, что не несет в себе заряда злости, ненависти, враждебности, социальной или национальной нетерпимости, что пробуждает в человеке чувства добрые. И постижение истинно прекрасного для человечества в целом и для каждого отдельного человека является процессом длительным, сложным, неизбежно вызывающим полемику, дискуссию. Эстетика - именно та сфера, в которой о вкусах спорят, ведь сама эволюция культуры, искусства обеспечивается расширением, пересмотром творческих возможностей человека.
Десятилетия господства тоталитарной коммунистической идеологии наложили зримый отпечаток на всю систему гуманистических представлений. Человеку всегда трудно сознавать свои заблуждения, значительно сложнее, если он не просто искренне верил идее, а неоднократно ради нее жертвовал всем самым дорогим, вплоть до собственной жизни, убеждаться, что политические демагоги использовали тебя лишь как материал для достижения собственных амбициозных целей. Считавшийся, безусловно, истинным,,наш’’ пролетарский, социалистический, революционный гуманизм оказался просто „куклой” в руках политических вождей. Они произвели гениальную подмену: вместо утвердившейся еще в эпоху европейского Возрождения и Просвещения идеи безусловной ценности личности с ее правами, убеждениями, взглядами в центр своего „гуманизма” они поставили идею, объявив личность лишь средством достижения этой идеи.
С. В. Карпушин
На протяжении истории образовательная парадигма неоднократно претерпевала качественные изменения. Русский философ и педагог С. 0И. Гессен верно замечал, что,,цели образования тесно связаны с целями жизни данного общества. Жизнь определяет образование, и обратно - образование воздействует на жизнь. Понять систему образования данного общества - значит понять строй его жизни ’’ [1, с. 25].
В контексте перестройки 80-х годов был декларирован исключительно важный тезис о необходимости возврата от классовых к общечеловеческим нравственным ценностям. Мы все увереннее возвращаемся к признанию прекрасным того, что нравственно, что не несет в себе заряда злости, ненависти, враждебности, социальной или национальной нетерпимости, что пробуждает в человеке чувства добрые. И постижение истинно прекрасного для человечества в целом и для каждого отдельного человека является процессом длительным, сложным, неизбежно вызывающим полемику, дискуссию. Эстетика - именно та сфера, в которой о вкусах спорят, ведь сама эволюция культуры, искусства обеспечивается расширением, пересмотром творческих возможностей человека.
Десятилетия господства тоталитарной коммунистической идеологии наложили зримый отпечаток на всю систему гуманистических представлений. Человеку всегда трудно сознавать свои заблуждения, значительно сложнее, если он не просто искренне верил идее, а неоднократно ради нее жертвовал всем самым дорогим, вплоть до собственной жизни, убеждаться, что политические демагоги использовали тебя лишь как материал для достижения собственных амбициозных целей. Считавшийся, безусловно, истинным,,наш’’ пролетарский, социалистический, революционный гуманизм оказался просто „куклой” в руках политических вождей. Они произвели гениальную подмену: вместо утвердившейся еще в эпоху европейского Возрождения и Просвещения идеи безусловной ценности личности с ее правами, убеждениями, взглядами в центр своего „гуманизма” они поставили идею, объявив личность лишь средством достижения этой идеи.