Практически всю площадь картины занимает фигура идущей прямо на зрителя Богоматери, несущей на руках Младенца Христа. Завернутый в пелену Младенец изображен с поднятыми вверх и тянущимися к зрителям руками. Он как бы благословляет, представших перед ним. Как и должно быть в любой иконографии, головы обеих фигур окутаны золотистым свечением, олицетворяющим их божественную суть. Оригинально выполнен фон, на котором изображены фигуры. Нельзя с определенной уверенностью сказать ступает ли Богоматерь по земле или движется по небесам.
Лица Богоматери и Младенца необычайно живые. Это не канонические лики смотрящие со стандартных икон. На полотне Васнецова зрители видят обычных людей. Фигура Младенца и его положение также вполне естественны, и не вызывают ощущения фантасмогоричности происходящего. Глядя, на полотно у зрителя возникает образ обычной женщины, несущей на руках ребенка. Ее глаза печальны, но они светятся невероятной любовью к своему сыну и ко всему миру.
Практически всю площадь картины занимает фигура идущей прямо на зрителя Богоматери, несущей на руках Младенца Христа. Завернутый в пелену Младенец изображен с поднятыми вверх и тянущимися к зрителям руками. Он как бы благословляет, представших перед ним. Как и должно быть в любой иконографии, головы обеих фигур окутаны золотистым свечением, олицетворяющим их божественную суть. Оригинально выполнен фон, на котором изображены фигуры. Нельзя с определенной уверенностью сказать ступает ли Богоматерь по земле или движется по небесам.
Лица Богоматери и Младенца необычайно живые. Это не канонические лики смотрящие со стандартных икон. На полотне Васнецова зрители видят обычных людей. Фигура Младенца и его положение также вполне естественны, и не вызывают ощущения фантасмогоричности происходящего. Глядя, на полотно у зрителя возникает образ обычной женщины, несущей на руках ребенка. Ее глаза печальны, но они светятся невероятной любовью к своему сыну и ко всему миру.