В глубокой древности в одном ауле жил старик. Было у него семь сыновей. Однажды холодной зимой из-за джута, люди остались без еды, и в доме старика поселилось горе. Смерть одного за другим унесла всех сыновей. После смерти старшего сына Кании убитый горем старик выдолбил кусок иссохшего дерева, натянул на него струну и поставив под неё подставку, исполнил кюй «Қарағым» («Родной мой»), после смерти второго сына Тореалыма старый отец натягивает вторую струну и импровизирует кюй «Қанат сынар» («Разбитое крыло»), третьему сыну Жайкелды он слагает кюй «Құмарым» («Любимый мой»); четвёртому, Бекену, посвящается кюй «От сөнер» («Погасшее пламя»), пятому сыну Хауасу сочиняет «Бақыт қошты» («Утерянное счастье»), шестому сыну Жулзару — «Күн тұтылды» («Затмившееся солнце»). После утраты последнего младшего сына Кияса старик натягивает седьмую струну и исполняет кюй «Жеті баламнан айрылып құса болдым» («Горе от утраты семи сыновей»). Извлекая из инструмента звуки полные скорби, исполнитель в различных по характеру мелодиях показывает образы своих детей. Эти импровизированные мелодии получили дальнейшее развитие и дошли до нас в форме инструментальных пьес-кюев под общим названием «Жетігеннің жетеуі» («Семь кюев жетыгена»). Это один из древних казахских музыкальных инструментов почти в неизменном виде дошедшем до наших дней. То есть, в этой легенде описанно именно все семь кюев, посвящённых сыновьям.
В глубокой древности в одном ауле жил старик. Было у него семь сыновей. Однажды холодной зимой из-за джута, люди остались без еды, и в доме старика поселилось горе. Смерть одного за другим унесла всех сыновей. После смерти старшего сына Кании убитый горем старик выдолбил кусок иссохшего дерева, натянул на него струну и поставив под неё подставку, исполнил кюй «Қарағым» («Родной мой»), после смерти второго сына Тореалыма старый отец натягивает вторую струну и импровизирует кюй «Қанат сынар» («Разбитое крыло»), третьему сыну Жайкелды он слагает кюй «Құмарым» («Любимый мой»); четвёртому, Бекену, посвящается кюй «От сөнер» («Погасшее пламя»), пятому сыну Хауасу сочиняет «Бақыт қошты» («Утерянное счастье»), шестому сыну Жулзару — «Күн тұтылды» («Затмившееся солнце»). После утраты последнего младшего сына Кияса старик натягивает седьмую струну и исполняет кюй «Жеті баламнан айрылып құса болдым» («Горе от утраты семи сыновей»). Извлекая из инструмента звуки полные скорби, исполнитель в различных по характеру мелодиях показывает образы своих детей. Эти импровизированные мелодии получили дальнейшее развитие и дошли до нас в форме инструментальных пьес-кюев под общим названием «Жетігеннің жетеуі» («Семь кюев жетыгена»). Это один из древних казахских музыкальных инструментов почти в неизменном виде дошедшем до наших дней. То есть, в этой легенде описанно именно все семь кюев, посвящённых сыновьям.