Ф. С. Рокотов считается первым русским живописцем, который творил, как бы сегодня выразились, не получая вознаграждения ни со стороны церкви, ни из государственной казны. Тем не менее, за 60 лет (если быть точными, то за всю вторую половину 18-го столетия и даже за первое десятилетие 19-го) он, по словам современников, “переписал пол Петербурга”. Несмотря на то что Рокотов не был придворным художником, ему нередко заказывали свои портреты известные вельможи и даже сама Екатерина Вторая. Более того, он пользовался столь высоким доверием императрицы, что именно ему она доверила запечатлеть на полотне своего незаконнорожденного сына, впоследствии известного под именем графа Бобринского. Это произведение дошло до наших дней и считается одним из лучших детских портретов, написанных русскими художниками.
Ф. С. Рокотов считается первым русским живописцем, который творил, как бы сегодня выразились, не получая вознаграждения ни со стороны церкви, ни из государственной казны. Тем не менее, за 60 лет (если быть точными, то за всю вторую половину 18-го столетия и даже за первое десятилетие 19-го) он, по словам современников, “переписал пол Петербурга”. Несмотря на то что Рокотов не был придворным художником, ему нередко заказывали свои портреты известные вельможи и даже сама Екатерина Вторая. Более того, он пользовался столь высоким доверием императрицы, что именно ему она доверила запечатлеть на полотне своего незаконнорожденного сына, впоследствии известного под именем графа Бобринского. Это произведение дошло до наших дней и считается одним из лучших детских портретов, написанных русскими художниками.