Имеются два принципиально различных подхода к предназначению закона. Определения закона, которые мы рассматривали в начале занятия в общих чертах, передают эти различия.
В первом случае закон рассматривается в качестве государственного инструмента наведения порядка. На первый план выводятся интересы государства. При этом нет никаких гарантий, что этот интерес не будет сведен к интересу какого-либо правителя. Закон, принятый в такой системе координат, может освятить произвол государственной власти. Абсолютизируется воля законодателя, рассматриваемая в отрыве от социально-экономических, политических и правовых условий.
В данном случае право трактуется как нормы, порожденные и зависимые от государства, что с легкостью приводит к оправданию любых актов государственной власти, не связанных никакими соображениями гуманности, естественного права и справедливости, к поощрению произвола властвующих диктаторов, партий или группировок. Такое понимание права и закона долгое время навязывалось советскому обществу.
Имеются два принципиально различных подхода к предназначению закона. Определения закона, которые мы рассматривали в начале занятия в общих чертах, передают эти различия.
В первом случае закон рассматривается в качестве государственного инструмента наведения порядка. На первый план выводятся интересы государства. При этом нет никаких гарантий, что этот интерес не будет сведен к интересу какого-либо правителя. Закон, принятый в такой системе координат, может освятить произвол государственной власти. Абсолютизируется воля законодателя, рассматриваемая в отрыве от социально-экономических, политических и правовых условий.
В данном случае право трактуется как нормы, порожденные и зависимые от государства, что с легкостью приводит к оправданию любых актов государственной власти, не связанных никакими соображениями гуманности, естественного права и справедливости, к поощрению произвола властвующих диктаторов, партий или группировок. Такое понимание права и закона долгое время навязывалось советскому обществу.